— Я всё время себя спрашиваю, что я делаю неправильно… Я был внимателен и дал тебе время, чтобы привыкнуть ко мне… но я понял, это не то, что тебе нужно.

Я открываю рот, чтобы ответить, но Эйс внезапно встаёт и подходит ко мне. Я смотрю на его обнажённый торс, мускулистые руки, а затем обратно в лицо. Его решимость застает меня врасплох.

— Эйс…

Я осекаюсь, потому что он хватается за одеяло и сдергивает его с меня. От внезапного холода по телу проходит дрожь… но это не только от холода. Я не могу больше себя обманывать… Эйс — тот, кто заставляет меня дрожать… однако не из-за страха. Тем не менее, я автоматически перехожу в оборону и собираюсь ударить его локтем в грудь. Но прежде, чем успеваю даже замахнуться, Эйс хватает меня и подсечкой сбивает с ног. Он подхватывает меня, не давая упасть, укладывает на спину и усаживается верхом на моем животе. Отточенным движением Эйс фиксирует мои запястья у меня над головой и наклоняется ко мне. Моё сердце колотится пойманной птицей.

— Я тебе не чёртов краулер…

Его глаза недоуменно расширяются.

— Если бы ты была одним из них, я уже переломал бы тебе кости.

Я резко выдыхаю, потому что до этого совершенно забыла, как дышать. Конечно, Эйс прав… и, конечно, я знаю это уже давным-давно.

— Ну и… чего ты от меня хочешь?

— Я хочу тебя трахать, Аделина, — его голос звучит хрипло.

Вместо ответа, я могу лишь сделать глубокий вдох. То, как Эйс держит мои запястья, как он обездвиживает меня под собой и ставит перед свершившимся фактом, меня возбуждает. Принуждение к сексу должно было бы меня охладить, но в действительности оказывает совершенно противоположный эффект.

Эйс замечает мою реакцию, его ноздри расширяются, член становится твёрдым; я в этом более чем уверена, потому что он прижимается к моему животу. Я впервые вижу его без штанов. Член покрыт сетью вен, головка блестящая и набухшая. Каждая мышца на теле Эйса напряжена.

— Раскрой для меня бёдра, Аделина, — хрипло говорит он, и я без возражений делаю то, что он хочет. Эйс опирается на предплечья, протискиваясь бёдрами между моих ног и прижимая головку своего жесткого члена ко входу в моё лоно.

— Ты принадлежишь мне… — выдавливает он, зарываясь лицом в сгиб моей шеи и вдыхая мой запах.

— Эйс… я… — делаю я последнюю попытку запротестовать, но не успеваю закончить фразу, как он с сердитым рычанием толкается в меня… грубо и отчаянно. Его бёдра ударяют по моим, когда он входит до самого упора.

— Аделина… ты нужна мне… — его слова звучат прерывисто между ударами, все его желания в этот момент сводятся только к сексу. Удерживая меня в ловушке своего тела, Эйс полностью отдаётся ритму своих толчков.

Перестав внутренне сопротивляться, я закрываю глаза. Осознание того, как легко Эйс может проникнуть в меня, делает дальнейшее сопротивление бесполезным. Я хочу его. Так же, как он хочет меня… Я хочу его здесь и сейчас. О том, что будет дальше, я подумаю потом.

— Смотри на меня… — рычит вдруг Эйс и замедляет толчки. Я открываю глаза и пытаюсь бёдрами толкнуться ему навстречу:

— Пожалуйста… не останавливайся… не сейчас…

Его ответ вызывает тянущую боль в моих сосках:

— Тебе нравится чувствовать в себе мой член? — Он снова начинает толкаться в меня… на этот раз быстрыми ударами, которые заставляют мою задницу биться о твердую землю. Завтра ягодицы будут синими, но мне плевать! Эйс даёт мне почувствовать его физическое превосходство и доминантность, и я реагирую на это: стону его имя и подгибаю пальцы. Если бы он отпустил мои запястья, я бы расцарапала его спину в кровь. Этот мужчина пробуждает во мне ту сторону, которую я подавляла в себе с того момента, когда мой первый парень обвинил меня в том, что я слишком дикая в постели.

— Я дам тебе то, в чём ты нуждаешься, Аделина… только я… ты принадлежишь мне! — Эйс смотрит на меня как голодный волк. Его член толкается в меня всё сильнее и быстрее. Мне едва хватает времени, чтобы привыкнуть к необычному для себя размеру, поэтому я обхватываю ногами талию Эйса, чтобы занять более удобное положение. Эйс всё ещё держит меня за запястья.

— Э-эйс… — заикаюсь я. Просто мой мозг сейчас сконцентрирован на сексе так же, как и его.

— Я заполню своим семенем твою тугую, маленькую киску, Аделина… каждый чёртов краулер будет знать, что он умрёт, если коснётся тебя… Бист будет это знать… все будут знать… единственный, кто тебя трахает — это я!

С яростной решимостью он откидывает голову и ревёт в оргазме, так громко, что каждый краулер в пределах двух километров может его услышать.

Я чувствую пульсацию члена во мне, даже когда мышцы Эйса расслабляются, и он, тяжело дыша, падает на меня. Он опирается на предплечья, чтобы не раздавить меня, а я всё еще обхватываю его ногами. Эйс медленно приходит в себя. Его затуманенный взгляд встречается с моим.

— В секторе «A» ты будешь в безопасности — от краулеров и Биста. Я могу оставить тебя себе… ты важна для меня, Аделина… ради тебя я изменюсь… Я попытаюсь стать более коммуникабельным… — Эйс проводит рукой по моим почти сухим волосам. — Ты моя… ты была моей с первого мгновения.

Я борюсь с давящим чувством в груди. Я понятия не имела, насколько серьёзен Эйс на самом деле! Я в замешательстве. У нас только что был умопомрачительный, затмевающий всё секс — то, как взял меня Эйс, доставило мне больше удовольствия, чем любой оргазм, что я когда-либо испытывала с мужчиной. Но внезапно меня это пугает. Я знаю, что недалека от того, чтобы потерять себя… свою независимость и свою защитную броню…

Тем не менее, я не могу оттолкнуть Эйса… не сейчас… не когда он уткнулся лицом в сгиб моей шеи, и между нами возникла особенная близость. Эйс медленно скатывается с меня, ложится рядом и притягивает меня к себе. Я чувствую некоторую болезненность после такой пылкой атаки, но это не то, что меня беспокоит… Я пытаюсь представить себе Эйса в красивом доме и нас двоих в чистой постели; но, как бы ни старалась, не могу.