Меня занимали исключительно прикладные вопросы, можно даже сказать меркантильные: как скоро Виль и Кэт отдохнут достаточно, чтобы повторить полёт, и что у нас с ужином и ночлегом. Поскольку с первым пунктом я помочь ничем не мог, пришлось заняться вторым. Куросакура была немедленно отправлена за дровами и, по возможности, на охоту, но с наказом далеко не уходить и соблюдать осторожность, сам же я полез в телегу за необходимым барахлом и припасами.

К возвращению Ку-тян с охапкой сухих веток и парой брёвнышек посолиднее я уже поставил палатку, а Виль с Кэт успели немного отдохнуть. Виль занялась хозяйством, а Кэт снова потащила Куросакуру в лес охотится — мол, припасы, у нас, конечно, есть, но лучше бы их поберечь, ведь неизвестно, как долго продлится наш поход и какие земли встретятся по дороге. С целью похода вообще было грустно: Виль, похоже, хотела убежать минимум на противоположную сторону планеты, Кэтлин была вполне довольна уже пройденным расстоянием, Куросакуре было всё равно, а мне хотелось добраться до моря — люблю купаться, и очень надеюсь, что море будет тёплым и без всяких «милых» сюрпризов.

Охотницы вернулись с добычей, притащив освежёванную и выпотрошенную тушу кого-то копытного, не то косули, не то оленя — не силён я в этих материях, мне бы что-нибудь электронное или, на худой конец, просто техническое… После ужина, когда все, сытые и довольные, развалились вокруг небольшого костерка, мы обсудили вопрос с дальнейшим полётом. Кэт себя чувствовала вполне удовлетворительно, а вот Виль заметно устала. В мастерской практически любой другр мог зарядить мотор буквально за час-полтора, и даже в наших походных условиях потребовалась бы максимум пара часов. Сложность была в том, что самому другр после этого хорошо бы отдохнуть ещё хотя бы часа два, а лучше — четыре. Вылет без дополнительной подпитки от Виль мы сочли неоправданным риском, да и что бы нам это дало? Три перелёта в день так и так сделать не получится, даже два под вопросом, по большому счёту, но и один перелёт вроде сегодняшнего, в шестьдесят километров — это заметно больше, чем мы смогли бы пройти по земле… Особенно с поправкой на гористую местность и неизбежные многочисленные обходы и возвращения, я уже не говорю о переправах.

Зарядить мотор Виль решила прямо сразу, даже толком не восстановив силы, сославшись на то, что за ночь с гарантией восстановит всё потраченное сейчас. При словах о ночи Кэт как-то подозрительно воодушевилась, а лицо её приняло необычно мечтательное выражение. Впрочем, к моему большому облегчению, всё обошлось: палатка у нас была только одна и довольно скромного размера (изначально Виль её вообще под себя одну брала, но что-нибудь более обширное не вписалось бы в наш лимит веса, и так пришлось пожертвовать чуть ли не половиной необходимого, я уже молчу о просто нужном), и места в ней хватило только чтобы спать не шевелясь, и даже с боку на бок ворочаться приходилось по очереди. Впрочем, выспаться нам это нисколько не помешало.

Утром ветер переменился, став попутным, что ничуть не облегчало взлёт. Кэт, которая вроде бы могла в небольших пределах ветром управлять, сослалась на слишком высокую скорость нашей «стрекозы» [27] , мол, она не успеет развернуть ветер по мере нашего движения. Зато, видимо, за ночь обдумав и освоив опыт полёта, она смогла уменьшить наш вес чуть больше, чем вчера, а после моего прямого вопроса призналась, что за эти несколько дней стала сильнее в магии. Словом, откатив телегу к дальнему краю луга, мы разогнались по длинной дуге возле самой воды, частенько поднимая фонтан брызг, и всё-таки смогли оторваться. Пройдя вверх по течению достаточно далеко, чтобы подняться выше деревьев, мы вернулись на прежний курс, на запад, в сторону выбранной ориентиром одинокой скалы с плоской верхушкой. Пару раз мы, видимо, натыкались на термики [28] — аппарат потряхивало и ощутимо поднимало, но в целом полёт проходил спокойно, если не считать отсутствие в обозримом пространстве подходящих мест для посадки.

Время полёта уже перевалило за штатные сорок минут, и уж тем более прошли полчаса, на которые должно было хватать заряда после форсирования. Уже скала была совсем близко, а площадок так и не было. Виль по-прежнему продолжала поддерживать мотор, но если в ближайшие пять минут мы не найдём место — придётся садиться прямо на лес и молиться, чтобы полотнище крыла не порвалось слишком быстро и удержало нас от удара о грешную землю, пусть даже нам потом придётся как позорным белкам слезать вниз по деревьям — лишь бы все уцелели. Повторяя эту нехитрую мантру и продолжая выглядывать внизу что-нибудь хотя бы приблизительно ровное, мы продолжали двигаться к скале.

— Какая интересная скала… — Задумчиво проговорила Куросакура. — Верхушка как будто срезана.

Я посмотрел на скалу. С расстояния в полтора-два километра она действительно выглядела плоской, но я знал, насколько обманчивы горы.

— Если бы она действительно была хотя бы плоской, даже если и не гладкой, лучшего аэродрома и искать было бы не надо. — Грустно ответил я араманди. — Но я в эти сказки не верю.

— Она действительно очень ровная. — Несколько удивлённо повторила Куросакура. — Там есть несколько валунов и ям, но они все ближе к дальнему краю, а вся середина как будто даже чем-то вымощена.

— Кэт! Скала? — Немедленно спросил я у нашей предсказательницы.

— А разве мы не туда летим с самого начала? — Удивилась алефси. — Я думала, ты потому на неё и взял курс сразу, как взлетели.

— Тогда соберись, нам понадобится некоторый запас высоты… Или нет… — Довольно широкая полоса земли у подножия скалы — метров двести, наверное — была завалена чёрными камнями, и мы все почувствовали, как поток тёплого воздуха мягко, но решительно тащит нас вверх. — А может, даже наоборот…

Высоты хватило тютелька в тютельку — метров за пятьдесят до скалы мотор всё-таки встал, несмотря на все попытки Виль протянуть ещё хоть чуть, мы скользнули к площадке и решительно выжали трапецию от себя [29] , едва под колёсами замелькал явно обработанный кем-то камень. Скорость и так была уже почти нелётная, и приземлились мы на удивление мягко.