Однако, пробежав всего половину пути, Кросс резко изменил направление, увидев то, что заинтересовало его гораздо больше. В отдалении стоял такой же «Камаз», только вместо бетономешалки на нем была смонтирована серебристая цистерна с красной надписью «Огнеопасно» по борту.

— Вот ты-то, родная, мне и нужна, — Кросс аж повеселел, даже хромать меньше стал.

Добежав до машины, он дернул дверь — заперто. Черт! Спрыгнув с подножки, он быстро осмотрелся, поднял с земли обломок кирпича и, что было сил, запустил им в боковое окно машины. Кирпич срикошетил, оставив после себя паутину трещин. Подобрав другой обломок, Кросс в несколько ударов разобрался со стеклом, просунул руку внутрь и отпер дверь.

Ключей не было. Это экстремала не расстроило: машина была старой, без новомодных электронных замков и иммобилайзеров. Сорвав пластиковую панель под рулем, Кросс принялся лихорадочно перебирать провода. Ага, вот они! Есть! Достав нож, он быстро перехватил провода посередине, в несколько движений зачистил концы, и, замешкавшись на какую-то секунду, решительно замкнул контакты. Только бы аккумулятор не сел! Только бы схватилось!

Схватилось. Уже после второй попытки двигатель солидно заурчал, а выхлопная труба выплюнула облако дыма. Кросс осклабился, переключил передачу и выжал газ, выкручивая непривычно большой и тугой руль.

— Давай-давай, малышка, еще немного…

Он развернул машину, отгоняя ее немного в сторону, поставил ее носом к котловану, и, закусив нижнюю губу, решительно утопил педаль газа. Машина тяжело тронулась с места, нехотя набирая скорость.

— Давай, милая, давай!

Машина разгонялась, край котлована приближался, и Кросс перекинул одну руку на ручку двери. Когда до края оставалось не больше десяти метров, он рванул дверь и вывалился из машины, больно ударившись обо что-то коленом.

Но, как выяснилось, эта боль была лишь репетицией перед генеральным выступлением. При падении что-то рвануло правую ногу, и Кросс, не в силах терпеть, заорал на всю стройплощадку. Рефлекторно схватившись за ногу, он вздрогнул — рука наткнулась на что-то твердое и липкое.

Внизу грохнуло, и сразу же из котлована донесся очередной вопль элитника. Кросс усмехнулся сквозь боль: выкуси, падла! Так, теперь нужно разобраться, на что это он умудрился напороться, и довести дело до конца.

Он попытался приподняться, и снова зашипел от пронзившей ногу боли. Повернул голову, скосил глаза — и длинно, заковыристо выругался. Из бедра, пробив мякоть и прорвав штаны, быстро пропитывающиеся кровью, торчал конец арматурины.

— Твою ж мать, ну, блин, ну откуда ты взялась, сучара? — едва сдерживаясь, чтобы снова не заорать от боли, выдавил из себя Кросс. От боли его мутило, перед глазами расходились темные круги.

Снизу, из котлована, донесся шум и возмущенный клекот. Тварь была еще жива, и нетрудно догадаться, чего ей сейчас хотелось больше всего. Кросс услышал глухой удар и скрежет сминаемого металла. Нужно было торопиться.

Стиснув зубы, трейсер потянулся к нарукавному карману, в котором лежал перевязочный пакет. Дернув клапан, он вытянул жгут, шипя от боли приподнялся и быстро перехватил ногу выше раны. Разорвал целлофан, приготовил тампон, зажал в зубах кончик медицинского скотча в небольшом рулоне… Рывок!

Он специально постарался сделать это неожиданно для самого себя, иначе решаться пришлось бы еще долго. Боль обожгла ногу и едва не отправила его в нокаут, но зато ему удалось сняться со штыря. Быстро приложив с обоих краев раны по тампону, он прихватил их скотчем. Обеззараживаться было некогда, сейчас другое было в приоритете. Оставалось надеяться, что подаривший иммунитет симбионт, сидящий где-то внутри него, сможет справиться с воспалением и ему не придется отрезать ногу.

Нашарив на поясе флягу, Кросс глотнул живца. Стало чуть легче. Подобрав валяющийся неподалеку держак от лопаты, опираясь на него, как на посох, Кросс, ругаясь и постанывая, направился к краю котлована.

Элитник почти смог освободиться от проткнувшей тело арматуры, когда сверху на него рухнул грузовик. Кросс улыбнулся сквозь боль: получилось! Машина упала не рядом, не в стороне, она четко придавила грудь твари, наверняка повредив что-то в живучем организме. Но монстр был все еще жив. Более того. Он методично долбил машину лапой, пытаясь сдвинуть ее набок. Сквозь многочисленные дыры и трещины в цистерне прямо на монстра лилась солярка.

Кросс плотоядно усмехнулся, и осмотрелся по сторонам. То, что ему было нужно, лежало в нескольких метрах от края. Кусок пакли, достаточно большой, чтобы им можно было обмотать камень. Подобрав паклю, Кросс обернул ею половинку кирпича, намотал сверху несколько газет, найденных под строительным вагончиком чуть в стороне и вернулся к краю котлована. Не обращая внимания на осыпающуюся из-под ботинок землю, он достал из кармана зажигалку, высек огонь и поднес пламя к своему импровизированному зажигательному снаряду.

Занялось сразу. Кросс подождал пару секунд, пока огонь не разгорелся как следует, прицелился, и бросил кирпич вниз.

Тот упал туда, куда Кросс и целился: в большую, черную лужу, в которой кровь элитника смешалась с соляркой, текущей из цистерны. Но последней было, все же, больше. Огонь на секунду погас, а потом разгорелся с новой силой. Веселые огоньки быстро побежали к цистерне с соляркой, и Кросс, усмехнувшись, похромал назад, к мотоциклу.

Сзади послышался рев пламени и дикий клекот элитника, а чуть позже, когда трейсер нагнулся над мотоциклом, раздался взрыв. Клекот затих, оборвавшись на особо пронзительной ноте, Кросс довольно улыбнулся, и что-то проговорил, явно адресуя свои слова погибшей при взрыве твари. Силы, мобилизованные организмом во время погони, покинули тело экстремала, подоспел откат после нервного напряжения, и Кросс тяжело опустился на землю. Облокотившись о мотоцикл, он постукивал кулаком по земле, поднимая небольшие облачка пыли, а изо рта его доносился нервный смех.