На ступеньках сидели люди. Он знал, что это были люди, потому что их кожа была цветной, от слегка загорелого до темного мокко. Плюс, их черты лица не были совершенными в отличие от вампирских. На них тоже были мантии, но без драгоценностей и рукавов. Для того чтобы облегчить доступ к венам, предположил Эйден. И ему не пришлось спрашивать их, раз уж они хотели быть здесь. Они наблюдали за вампирами с невозмутимой тоской в глазах.

«Рабы крови», подумал он. Однажды Виктория рассказывала ему, что люди быстро становятся зависимыми от укуса вампира. Эйден тогда не поверил ей, но верил сейчас. С тех пор она кусала его дважды, и каждый раз это было… блаженство. Ее зубы вырабатывали какой-то химикат или наркотик, который вызывал онемение человеческой кожи, а потом ласково прижигали кровь.

— И наконец, — произнесла Виктория рядом с ним, возвращая его мысли в настоящее, — я рада представить тебе моих сестер.

Они уже дошли до конца? Как долго он рассматривал комнату?

— Сначала, — продолжала она, — Принцесса Стефани.

Вперед выступила красивая блондинка, склонив голову в приветствии. Как и на остальных, на ней была мантия. Она подошла и скинула ее с плеч, вещица соскользнула и упала кучкой на пол у ее ног. Она подняла подбородок, практически бросая ему вызов. По крайней мере, под мантией у нее была одежда. На ней осталась черная футболка с украшенной драгоценностями радугой по центру, макияж соответствовал ей, а также черные джинсы и ярко-красные сапоги до колен.

Когда он ничего не сказал о смене ее одежды, она расслабилась.

Она жевала жвачку, взгляд ее зеленых глаз блуждал по нему.

— Мило, — объявила она. — И, ох, детка, ты излучаешь сильную энергетику, не так ли? Так и хочется дотронуться до тебя.

Держу пари, что зубами.

— Эм, спасибо, — произнес он. Все говорили только «Мой король» или вообще молчали. Ну, из тех, кого он помнил. — Прошу, без обид, но я против.

Она уклончиво усмехнулась.

— Так ты тот, кто победил Дмитрия, да?

— Похоже на то. — Когда пошли в ход кулаки и клинки, он не знал, что ждет его в случае успеха. Если бы он… Нет, подумал он. Это неважно, он все равно сделал бы то, что сделал. Его инстинкты взяли над ним верх, и он хотел уничтожить того, кто хотел уничтожить Райли и Мэри Энн. И ладно, хорошо, он хотел превратить парня, который собирался жениться на Виктории, в ничто.

Стефани выгнула бровь.

— Так как ты планируешь править нами, человеческий мальчишка?

Человеческий мальчишка. Он пожал плечами; его называли и хуже.

— Честно говоря, не знаю.

Она снова усмехнулась.

— Честность. Мне нравится. Хоть какое-то разнообразие.

Влад лгал своим дочерям? О чем?

— Послушай, — сказала она. — Мне, в самом деле, нравится… вкус твоей победы. Что скажешь насчет того, чтобы мы…

Виктория застыла и даже схватила его за руки, защищая. Райли же, стоящий по другую сторону, просто посмеялся.

— Мы не пьем из короля, — сухо сказала Виктория.

Что? Она собиралась вкусить его победу, выпив его, как сок?

Стефани подняла руки вверх.

— Никогда?

— Верно, — произнес Райли.

Алые губы опустились вниз, и нижняя слегка выдвинулась. Ее плечи поникли.

— Прекрасно, но у меня есть другие вопросы будущему королю. Например…

— Сейчас не время, и тебе об этом известно, — мягко перебил Райли. — Позже, принцесса.

Мгновение стояла тишина. Затем снова:

— Прекрасно. Но я скоро задам свои вопросы. Это важно.

Райли не отступил.

— Уверен, так и есть. Но сейчас до свидания.

Стефани в гневе подняла брошенную мантию, развернулась и потопала из комнаты. Хлопнула дверь.

В очереди осталась всего одна особа.

«Другая сестра», подумал он, ее утонченное лицо было каким-то образом ему знакомо.

Виктория позвала ее жестом.

— Это Принцесса Лорен.

Невозмутимая блондинка с кристально ясными глазами приветственно склонила голову. Как и Стефани, она сбросила традиционную мантию. Но в отличие от той, на ней был облегающий черный кожаный топ и соответствующие штаны. На запястьях настоящая колючая проволока, по всему телу — оружие.

— Так ты Эйден Стоун, человек, о котором я так много слышала. Признаю, что от тебя исходит притяжение, как уже сказала Стефани, но ты ничто по сравнению с моим отцом.

Он склонил голову в знак подтверждения.

— Спасибо.

— Это не был комплимент, ты — идиот!

Он пожал плечами. Она сказала «помидор», а он ответил «хрень».

Ее глаза сузились.

— Как и у моей сестренки, у меня есть вопросы, человек. Но в отличие от нее, я жду, нет, я требую ответов сегодня же.