– Ты сама сделала свой выбор, – шепнул он прежде, чем впиться в ее губы жестким поцелуем. И казалось, Анна растаяла. Несмотря на показную грубость Люциана, она ощущала новые чувства, зарождающиеся в ее сердце…

Странную идиллию момента разорвал крик, раздавшийся за спиной новоиспеченной супруги:

– Если она не может принадлежать мне, то пусть не достанется никому…

Ещё до того, как хоть кто-нибудь сообразил, что происходит, над головой Анны мелькнуло лезвие. Люциан даже не успел подумать, что можно сделать… как нож вонзился… в его спину… Он сжимал в своих объятиях девушку, прикрыв ее собой… Казалось, Анна толком не понимала, что произошло, когда во время поцелуя, Люциан прижав ее крепче, развернулся, и немного вздрогнул. Она открыла глаза: он как всегда хмурился, но не отводил взгляд:

– Одну минуту… – он потянулся и выдернул откуда– то пониже плеча клинок, – мы можем закончить, святой отец?

Казалось весь зал замер в шоке, и священник лишь молча кивнул.

– Тогда прошу прощения… – он повернулся к негодяю, и схватил его за шею:

– Ну здравствуй, братец!

– Кристоф? – в ужасе прошептала Анна, до неё только начинало доходить, что тут происходит,– за что…?

– Ты должна быть моей! – сдавленно прошептал он, – Оскония должна быть моей!

– Ах ты пёс паршивый!!! Надо было тебя убить ещё тогда!

– Мне всегда было интересно, почему ты этого не сделал? Ведь я посмел прикоснуться к твоей драгоценной Арии… – огромная рука сдавила горло сильнее.

В глазах Люциана мелькнула адская боль:

– Церемония окончена, все вон!!! – прогремел голос короля под высокими сводами. Гости ринулись к выходу, но Анна не сдвинулась с места, шокировано глядя как брат убивает брата.

Зал часовни опустел, и лишь тогда Люциан тихо продолжил:

– Я не убил тебя тогда, только лишь потому… что она попросила… Но ее больше нет… – он сжал руку ещё сильнее, что– то щелкнуло, и злобные глаза Кристофа потухли навечно. Люциан отступил и безжизненное тело упало к его ногам. Король успел лишь на пару шагов отступить от убитого брата, и опустился на колени, сложив голову в ладони он зарыдал, крича в голос… Боль и слабость сковали его тело.

Анна все ещё шокированная произошедшим, на ватных ногах подошла к своему, теперь уже, супругу, и опустившись на колени рядом с ним, молча обняла его, притянув к своей груди большую курчавую голову. Они сидели так, покуда Анна не ощутила, как в один момент резко потяжелела его голова, и пытаясь отстранить от себя мужчину, почувствовала, что– то мокрое под своими пальцами… кровь:

– На помощь!!! Король ранен!!! – в зал тут же ворвались лекари.

***

«Какая же я дура… Как я сразу не поняла, что он ранен? – казалось она корит себя, во всем что произошло, – нож вонзился в его спину! Почему я стояла..?»

Короля перенесли в покои, и покуда он оставался без сознания Анна не прекращала самобичевание:

«Как я могла просто стоять там??? Клинок Кристофа предназначался мне!!! Зачем он прикрыл меня?»

Камеристка подошла к Анне, когда та нервно мерила шагами коридор перед королевскими покоями. Служанка уже долго украдкой наблюдала за безутешной девушкой:

– Я знаю, что Вам сейчас нелегко, но соберитесь с силами, – она взяла хозяйку за трясущуюся руку, – я уверена, с Его Величеством все будет хорошо. Он слишком силён, чтобы такой пустяк смог его сломить, – она слегка сжала руку новобрачной, и чуть тише добавила, – понимаю, что сейчас не лучшее время, но поздравляю вас с бракосочетанием, Ваше Величество! – немного помедлив она добавила,– я вижу свет в Ваших глазах… Вы сможете разогнать мрак в душе Его Величества и стать достойнейшей королевой объединённых государств!

– Спасибо за тёплые слова Ирма, но сейчас я боюсь стать вдовой в первый день брака, – она глотала слезы и испуганно смотрела в добрые глаза женщины, – я не понимаю что со мной… Мне кажется… будто я не хочу жить без него… Почему… Почему ранили его… а больно мне…?

– Бедная девочка… Ты слишком быстро поддалась его чарам, – служанка сочувственно смотрела на девушку…

***

Король не приходил в себя, и Анна всю ночь сидела над его кроватью:

– Прости меня… – она потянулась и коснулась его волос, погладив темные пряди, она провела пальцем по складке , между бровями:

– Даже во сне хмуришься… – нежная ладонь скользила по щеке, подбородку, шее…

– Ария, – сильная рука притянула девушку к себе, и она подчинилась… Будто это ее он сейчас позвал.

Король нежно коснулся ее губ и увлёк молодую жену за собой на кровать:

– Любовь моя, – шептал он трепетно. Анна понимала, что эти слова предназначались не ей, но уже ничего не могла с собой поделать. Эта чужая любовь, сейчас казалась ей бесценно важной, она не хотела этого прерывать… Да и не могла, физически, король был слишком мощным и напористым, чтобы ей хватило сил оттолкнуть его. И, очевидно, из– за обезболивающего, не в себе, раз так просто перепутал девушек. Но это все сейчас было незначительно. Важны были обжигающие поцелуи на ее шее и груди, и рука, скользящая по ее бедру, под сорочкой.

– О, Люциан… – простонала она, когда он коснулся набухшего бугорка под бельём.

Люциан высвободил желание и подмял под себя Анну:

– Я так долго этого ждал! – прижался головкой к ее нижним губам, – моя девочка, – рычал он ей на ушко, аккуратно проникая в ее нутро, – такая сладкая… – наткнулся на преграду… Отстранился:

– Ария? – тряхнул головой, будто пытаясь прийти в себя. И видимо ему удалось восстановить помутневший рассудок… Боль, отвращение, и буря остальных чувств вдруг вспыхнула в его глазах: