— Значит, их знания лежат в области традиционных искусств, да? — Улыбнулся волхв. — Увы, Ерофей, это не совсем так. Да, большинство начальных знаний они получили от волхвов, но большинство старых родов, имеющих свои секреты в области естествознания, не являются частью нашего сообщества… за некоторыми исключениями. Хотя когда-то все они входили в Круг, но, внутренние дрязги, а после и церковные гонения привели к тому, что многие фамилии отшатнулись от общины волхвов, демонстративно разорвав связи с нами. Впоследствии, церковь образумилась, но состоящие на государевой службе, роды уже не смогли вернуться в лоно Круга. Их верность к тому времени давно принадлежала правителям, а те умели, и до сих пор умеют ценить сильных и преданных вассалов.

— То есть, они всё же пользуются практиками волхвов? — Настоял я.

— И да, и нет. — Подумав, проговорил Вышата Любомирич. — Опираясь на знания данные их предкам Кругом, но утеряв связь с ним, они вынуждены были создавать собственную систему воздействий. Точнее, несколько систем, позднее, после признания церковными властями права естествознания на существование, их объединили в одну. Правда, именовать получившийся винегрет умений и знаний единой системой было бы неверно, уж очень разными путями шли отколовшиеся от Круга роды. Кстати, было бы неплохо познакомить тебя кое с кем из этой братии.

— Зачем? — Не понял я.

— Новые знакомства, новые знания. — Бросил Грац.

— Учитывая, что мы только что говорили о тайнах этих самых фамилий и помня их положение в иерархии общества, могу предположить, что первое им не нужно, а вторым они не поделятся. — Фыркнул я в ответ и, переведя взгляд с профессора на волхва, взирающих на меня с толикой насмешки, тряхнул головой. — Да ну, посмотрите на меня! Кто я для них? Мальчишка без роду-племени, едва связавший пару конструктов!

— Талантливый естествознатец, за год достигший результатов, которые не снились выпускникам провинциальных специальных учреждений, к тому же работающий под моим началом. — Парировал Всеслав Мекленович, в голосе которого промелькнули нотки гордости. Да, профессор, несмотря на свой постоянно отрешённый вид конченого флегматика, не лишён некоторой доли самодовольства.

— Ученик двух не самых слабых волхвов, пусть и ушедших из Круга. — Поддержал его Вышата Любомирич.

— Иллюзионист и артефактор, сумевший за полминуты свалить трёх бойцов-манипуляторов, не так давно состоявших на службе одной из фамилий. — Добавил Грац… и я замер.

— Те бандиты состояли в фамильной гвардии? — Прошлёпал я неожиданно пересохшими губами. Вот же влип!

— А ты не знал? — Удивился Остромиров.

— Откуда? — Вырвалось у меня. — Дознаватель ничего не говорил об этом.

— Наверное, посчитал незначительным фактом. — Пожал плечами Грац.

— Незначительным?! — Я взбеленился. — Да меня их род теперь… и вы предлагаете самому сунуть голову в пасть льва?!

— Угомонись. — Рука волхва неожиданно оказалась у меня на лбу, и я почувствовал, как по телу прокатилась холодная волна, принося спокойствие и очищая разум от гнева. М-да, кажется, кому-то неписаны даже законы природы.

— Всего лишь небольшое воздействие на гормональную систему. — Усмехнулся Остромиров, словно прочитав мои мысли. — Ты невнимательно нас слушал. Бойцы состояли в фамильной гвардии. До недавнего времени. Но с тех пор, как род пресёкся, они никто и звать их никак. Это ясно?

— Джентльмены в поисках десятки. — Получив возможность нормально соображать, кивнул я. А профессор с волхвом вновь многозначительно переглянулись. Что опять не так?

Слова волхва и профессора меня, конечно, успокоили, но осадочек, как говорится, остался. Да и новости о существующих «запретных» знаниях, тоже не радовали. Нет, факт, что мне можно не опасаться «мозголомов», это приятный бонус, несомненно, а вот то, что я, оказывается, могу по незнанию создать какую-нибудь бяку, за которую мне намажут лоб зелёнкой… уже куда менее приятно. А ещё мне очень не понравилась идея Граца и Остромирова насчёт знакомства с представителями старых фамилий. Вот чего мне не надо, так это общения с «сильненькими людьми». Как говорит старая солдатская мудрость: «подальше от начальства, поближе к кухне». У меня есть моя лавка, растущая прибыль, спокойная жизнь, и никакие связи с «фамилиями» мне не нужны. Обойдусь без лишних проблем и наворотов.

Высказав эту идею Грацу и Остромирову, я, честно говоря, не очень-то ждал, что они поймут и примут мою точку зрения, и… ошибся.

— Твоё дело, Ерофей. Заставлять и тянуть тебя никто не станет. — Флегматично заметил профессор.

— Согласен. — Кивнул волхв и усмехнулся. — Да и спешить нам особо некуда. А там, глядишь, пройдёт время, и ты сам станешь искать их общества. Тогда и поговорим об этом ещё раз…

— Договорились. — Облегчённо вздохнул я, мысленно порадовавшись покладистости собеседников.

От продолжения затянувшегося разговора нас отвлёк бой высоких напольных часов, стоящих в углу комнаты. Шестой час, пора бы и по домам разойтись.

Кажется, эта мысль посетила не только меня, но и профессора с волхвом, потому как они тут же принялись собираться. Попрощавшись с Грацем и Остромировым, я покинул арендованные ими комнаты и, оказавшись на улице, глубоко вдохнув свежий воздух, отправился домой… точнее, в лавку. Это у профессорской группы рабочий день закончился, а мне ещё часа четыре за стойкой сидеть. С другой стороны… я притормозил у веранды, одного из уличных кафе, и чуть помявшись, всё же шагнул под полосатый, бело-зелёный матерчатый навес. Работа может чуть-чуть подождать, а мороженое — нет. Растает.