– Я буду говорить от имени господина, великого Нагаша, властителя мертвых здесь сейчас и на Земле в будущем.

– Даже так? Он уверен, что его… способности будут работать на Земле?

– О, господин уверен. Именно поэтому господин великодушно предлагает присоединиться к его армии живых и мертвых, дабы общими усилиями одержать победу в Испытании. Тогда там, на Земле, господин призовет к себе всех союзников и обеспечит им и их семьям безбедное будущее. Господин Нагаш известен в нашем мире под другим именем, которое более чем знаменито не только многомиллиардным состоянием, но и благими делами.

– И как же настоящее имя господина Нагаша?

– К сожалению, господин Нагаш не хочет называть имя.

– Почему же?

Ола не отвечает, но в его глазах беснуются веселые чертенята.

– Ола, может, поговорим сами, без участия твоего господина?

– Хорошо, – легко соглашается он, пожав плечами, и протягивает руку. – Ола Афелобу, Камерун.

– Филипп Панфилов, Россия, – отвечаю ему в тон. – Так вы реально верите, что ваш Нагаш – миллиардер?

– Кто-то верит, кто-то нет. Лично мне все равно, я ему не верю, но выбора у меня не было – меня окружили и поставили ультиматум. Тебя сейчас тоже окружают, пока я заговариваю тебе зубы, – говорит он, сверкнув широкой улыбкой.

Она у него хорошая, открытая. Паренек мне нравится, и хоть по возрасту ему можно дать и двадцать, и сорок, возраст точно не разберешь, но он так невысок и улыбчив, что мне хочется считать, что молод. Его лоснящееся лицо – без единой морщинки, так что буду считать, что он молод.

– Думаю, если бы он был искренен, то назвал бы свое настоящее имя, Ола.

– А может, он просто хочет избежать позора в случае поражения в Испытании? – отвечает камерунец. – Кто знает? Для меня это все – игра. Это – весело! Ты не согласен? Сам посмотри, мы как в сказке! Чудовища, мертвецы, магия, дополнительные жизни… Я буду рад любому исходу просто потому, что мне все это очень нравится, и я счастлив, что участвовал в этом. А ты – нет?

С этой стороны на Испытание я еще не смотрел. Может, и правда, я слишком серьезно все воспринимаю? Здесь даже окончательная смерть не грозит смертью, просто Испытание закончится.

Ола, обернувшись, показывает своим растопыренную ладонь, чего-то дожидается и кивает. Потом снова поворачивается ко мне:

– Господин торопит. Мне нужно твое решение – хочешь ли ты биться на стороне господина или предпочтешь потерять жизнь?

– Прежде чем я приму решение, не поделишься информацией, что там дальше? – я показываю рукой на восток. – Слышал, там какой-то Тафари всех рвет.

– Да, нигериец. Они с господином заключили пакт о ненападении, поделили поле на сектора. Весь запад отходит господину, центр – Тафари.

– Только центр?

– За ним на востоке начинаются владения Джумы. Я сам его не видел, но пара наших ребят погибла от его рук, после чего господин взял их под свое крыло.

– Сколько у твоего господина гексагонов? – спрашиваю, не надеясь на ответ.

– Пару часов назад захватили тридцать шестой, – спокойно выдает Ола. – Это не секрет. Господин считает, что знание его превосходства помогает будущим членам клана принимать правильные решения.

– А вассалов сколько?

– Включая меня – пятеро. Еще Ламбда, Рубикс, Аё и Морана. Это был последний ответ на твои вопросы, Фил. Твое решение? Я вижу наших людей позади твоей базы, у тебя нет шансов, и твой динозавр тебе не поможет. Господин слишком силён.

– Дайте мне несколько минут подумать.

– Нет времени думать. Сейчас я вернусь к господину, передам ему суть нашего разговора, и после этого он сделает предложение войти в клан. Отказ будет сигналом для атаки.

Ола разворачивается, и что-то насвистывая, направляется к своим. Его шлепанцы шаркают по земле, да и шагает он не сказать, что быстро. Специально затягивает время, чтобы дать мне возможность все обдумать? Ай, хорош! Я улыбаюсь своим мыслям.

Понятно, что низкоуровневые вассалы Нагаша мне не соперники. Да и нежить, хоть ее и много, всего лишь второго уровня. Складывается ощущение, что некромант, чья «некромантия», по всей видимости, просто какая-то уникальная способность типа моего слияния, совсем не вкладывался в развитие базы. В общем, упор на психологический эффект, потому что очков жизни у его нежити – двести-триста, и складываться она будет от одного моего удара. Но что я буду делать, когда на мне повиснут, вцепившись клыками и когтями, сразу все? Чёрт, жаль не прихватил с собой новый кинжал с лайфстилом, он бы сейчас здорово пригодился!

– У этого повелителя падали способность поднимать мертвых, – раздается знакомый голос за спиной.

Картер!

Собравшись, перекатываюсь вбок, одновременно выцеливая фигуру американца и направляя атаковать тираннозавра. К счастью, он один, без своих юнитов-кровососов. Похоже, снова лишился базы.

– Стой! Нет! Останови его, Фил! – кричит Картер, забившись в пасти Рекса.

Успеваю буквально за мгновение до того, как челюсти сомкнулись:

– Фу, Рекс! Плюнь!

Мой питомец выталкивает огромным упругим языком тело Картера. Свалившись на землю и чертыхаясь, кантри-музыкант стирает с лица налипшую слюну ящера. Вид у американца совсем не тот, что раньше. Он в той одежде, в которой его изъяли – каких-то нелепых светлых парусиновых штанах, разбитых тряпичных кедах и изорванной белоснежной рубашке с закатанными рукавами. В руке – обломок мощной короткой палки, жизненный путь которой тяжел и неказист, видно, что ее грызло и пыталось перекусить много зубов многих созданий Пибеллау.