пыталась договориться с отцом. Я не мог слышать, о чём они говорили, всё, что я мог

видеть, это их движения, и это пугало меня до глубины души.

– Я иду, – прорычал я, пытаясь добраться до них, до того, как он нажмёт на курок.

Чем ближе я подъезжал, тем больший испуг появлялся на их лицах, и их лица

впивались мне в мозг. Я должен забрать их отсюда, независимо от цены.

Поэтому, когда я, наконец, оказался рядом, я припарковал машину рядом с их,

отвлекая внимание от Лауры и мальчиков.

Я засунул телефон глубоко в карман и схватил пистолет, прежде чем выйти из

машины.

Три пистолета уставились мне в лицо, свой я нацелил на Джулио.

– Сукин ты сын… – пробормотал я.

Он рассмеялся. – Фрэнк, как мило, что ты к нам присоединился.

– Ты не мог просто прийти за мной, да?

– Я удивлён, что ты на самом деле проглотил наживку, – протянул он, склонив

голову на бок. – Как Маргарет? Должно быть ей тяжело видеть, как её мальчик теряет

рассудок.

– Заткнись! – выплюнул я.

Двое мужчин нацелили на меня пистолеты, но Джулио махнул им. – Подождите.

Я посмотрел на него и затем на маленькое испуганное лицо Бруно. Затем на Лауру,

которая сразу же схватила Бруно и притянула к себе, крепко его обнимая. Я знаю, о чём

она думает. Если они хотят убить их… она умрёт, защищая их.

С отвратительным привкусом во рту, я уставился на Джулио и прошипел. – Дай им

уйти.

– Нет, – он снова рассмеялся. – Какого хрена мне это делать?

– Они ни при чём.

– Нет, это не так.

– Они – твои дети, ради Бога, – выплюнул я, всё ещё наставляя на него пистолет.

– Папа? Почему ты делаешь это, – пробормотал Диего, но Лаура закрыла ему рот

ладонью.

– Закрой свой рот, – Джулио резко оборвал Диего. – Ты не должен был убегать со

своей сестрой, Диего. Ты знаешь, я думал, что был хорошим отцом. Очевидно, как

оказалось, не достаточно хорошим. – Теперь он смотрел на Лауру. – Когда вы все

сбежали, ты думала, что я не знаю, где вы? Неверно. Но я давал тебе пространство, я

позволил тебе жить самостоятельно. И ты меня так предала? С этим ублюдком? – он

указал на меня.

– Это не твоё дело, – ответила Лаура.

– Да, моё. Ты была моей дочерью, – зарычал он. – Но больше нет. Вы больше не

мои дети, чёртовы слабаки.

На глаза Диего тоже набежали слёзы, так как он столкнулся лицом к лицу с фактом,

что его отец буквально бросил его, после того, как сестра взяла его к себе.

– Как ты можешь? Они, чёрт побери, твои дети, – прошипел я.

– И? Они должны были быть рядом со мной. Это будет для них уроком.

Джулио подошёл к Лауре и оторвал от неё Бруно.

– НЕТ! – закричала девушка. Людям Джулио пришлось оттащить её назад, и из–за

этих препирательств ожерелье Лауры порвалось и рассыпалось.

Крик Бруно пробирал до костей, и я едва сдерживался, чтобы не нажать на курок и

не пристрелить Джулио прямо здесь и сейчас.

– Сделай это, – рявкнул Джулио, смотря мне прямо в глаза. – Давай же.

– Если ты их не отпустишь, то сделаю, – произнёс я.

– Я убью твоего сына до этого, – прорычал он, приставив пистолет прямо к виску

Бруно.

– И тогда ты следующий, – ответил я. – Я не отпущу тебя после этого. Ни единого

шанса.

– Если ты пристрелишь меня, то умрёшь следующим, – сказал он. – Мои мальчики

не дадут тебе сбежать.

– Мне по хрену.

Он ухмыльнулся и затем разразился хохотом. – Ты знаешь, я восхищаюсь твоим

упорством. Не каждый день я сталкиваюсь с человеком, который готов пожертвовать

собой ради семьи, даже, если это бесполезно.

Дуло сильнее придавилось к виску Бруно.

Я поднял руку. – Подожди!

Он сузил глаза. – Почему это? Ты знаешь, как это работает. Смерть этого ребёнка за

смерть моих людей. Глаз за глаз.

– Нет, – сказал я. – Ты причинишь вред и своей дочери.

– Меня не волнует эта маленькая сучка, также, как и эти сучёныши. В тот момент,

когда они убежали от меня, они потеряли право называть меня отцом.

– Убей меня, отец, – умоляла Лаура. – Убей меня, но оставь Диего и Бруно в покое.