произошло.

– Эээ… – Диего вздрогнул. – Правда, я не хочу этого знать.

– Что? Разве у тебя нет подружек или вроде того? – Лаура протянула.

– Конечно, есть. Имею киски каждый день.

Теперь она посмотрела на него.

Так же, как она смотрела на меня за несколько минут до того, как мы трахались

словно животные на кухонном столе.

– Следи за языком, – прошипела она.

– Ага, ага, – он закатил глаза. – Что на обед?

– Ты, если не замолчишь.

– Что? – он скорчил рожу, также, как и она.

– Лазанья.

– Я люблю лазанью! – Бруно внезапно закричал, подпрыгивая на диване.

– Правда любишь? – она подмигнула. Конечно, она уже знала. Вот почему она её

делает.

Я улыбнулся, когда осознал, что он был всё это время здесь, под её заботливым

крылом… Я мог видеть любовь, и это делало меня только ещё более благодарным.

Я стиснул дверной косяк и задумчиво уставился на неё и мальчиков, но затем он

посмотрел прямо мне в глаза, полностью захватив моё внимание.

– Отец Фрэнк, вы любите лазанью?

Я? Он говорит со мной.

Но слово «отец» в его устах прозвучало так странно… так сногсшибательно.

Лазанья. Я её люблю?

– Да…– я прочистил горло, улыбаясь. – Я люблю её. Всё, что готовит Лаура, должно

быть вкусно, правда? – я посмотрел на неё. – Я имею в виду… вы видели, как она готовит?

Она усмехнулась. – Уже начал унижаться, как я погляжу?

Я содрогнулся. – Лучше начать пораньше, чтобы расплатиться с долгами.

– Какие долги? – спросил Бруно, забираясь на диван, будто это перекладина, по

которой он мог карабкаться.

– Взрослые дела, – пробормотала Лаура.

– Ооо…Почему всё – это взрослые дела? Я хочу всё знать! – он так мило надулся,

милее всего, что я видел в жизни, что я почти собрался рассказать ему всё, но, я

предполагаю, что это будет не самой умной вещью при общении с маленьким ребёнком.

Он испугается до смерти.

– Ты узнаешь, когда достаточно подрастёшь, – сказала она.

– Ты не хочешь знать, поверь мне, – вмешался Диего, стягивая его на подушки,

прежде чем тот свалится с дивана. – Сядь.

Я подошёл и собрал пуговицы с рубашки с пола, засовывая их в карман.

– Так он остаётся на обед? – спросил Бруно.

– Ну… – я посмотрел на Лауру, которая странно на меня смотрела, поэтому я

предположил, что всё нормально.

– Можно? Пожалуйста? – Бруно умолял её, заставив засмеяться.

– Хорошо, хорошо. Но только потому, что ты сегодня хорошо позанимался в школе.

– Ура! – обрадовался мой сын, а я не мог прекратить улыбаться и пялиться.

Господи, всё так странно.

– Лазанья будет готова ещё не скоро, поэтому, может быть, вы двое пойдёте

смотреть мультики, хорошо? И никаких задниц. – Лаура погрозила Диего.

– Хорошо, – вздохнул Диего. – Но сегодня я выбираю канал.

Лаура ухмыльнулась. – Возьми тряпку и протри стол, окей? Он выглядит грязным.

Я широко улыбался, пока подходил к ней. – Думаю, я знаю почему.

Когда я почти был у крана, она прошептала. – Ты его боишься?

Я схватил ткань и намочил её, затем посмотрел на неё через плечо и прошептал в

ответ. – Это довольно странно, знаешь? Рассказать мальчику, что ты его отец. Я не часто

этим занимаюсь.

– И что? Чего ты ждёшь? Знак от Господа?

Я поёжился. – Возможно. Было бы отлично получить его прямо сейчас.

Она покачала головой и рассмеялась, пока продолжала нарезать грибы и лук.

Я пошёл к столу и вытер его мокрой тряпкой, и ещё дезинфектором. Затем я

осмотрел стол, убедившись, что всё отлично. Я делаю это не потому, что хочу избежать

разговора с ребёнком.

Конечно, нет.

Я имею в виду… он просто ребёнок. Чего тут нервничать?

Но когда я закончил с уборкой, которую только мог сделать, я предался безделью,

в ожидании подходящего момента. Того момента, когда я пойму, что точно нужно сделать

и сказать.

Однако, меня отвлекла не внезапная идея, а телефон, который зажужжал в штанах.

Я достал его из кармана и открыл сообщения. Моё сердце едва не остановилось,

когда я увидел сообщение на экране.