Под напором с двух сторон полисмен сдался и больше не возвращался к теме убийств. А я наоборот заинтересовалась, что же он хотел такое сказать, но мама его заткнула?

– Мам, что он хотел сказать?
– спросила я маму первым делом, когда все ушли.

– Хотел поделиться подробным описанием того, что произошло с жертвами, чтобы ты сильнее впечатлилась и была более осторожной, - с улыбкой ответила мать, но я не поверила её объяснению.

Матильда, проводив полицейского и учительниц, вернулась. Я обмерла в страхе, думая, что сейчас она всё выскажет на счёт моей выходки с перцем. Но она начала с мамой какой-то бытовой разговор, о помидорах, собирается ли мама ставить теплицу, участок же большой.

Я не выдержала напряжения первая, поёрзав на диване и собравшись с силами, я спросила:

– Матильда, почему ты ничего не говоришь на счёт девочек, - я неловко замялась,- которых я обсыпала перцем?

– Проблема решена, о чём ещё речь? Компенсация их семьям выплачена.

– Какая компенсация и кем выплачена?
– дрогнувшим голосом переспросила я.

– Ты находишься под ответственностью нашей семьи, - напомнила прекрасная Матильда, сейчас больше напоминавшая суровую королеву, - следовательно, за твои действия на территории общины отвечаем мы.

"А, значит, если бы я их обсыпала у себя во дворе, никому бы не пришлось отвечать? " - промелькнула мыслишка.

Так, стоп, Регина, не о том думаешь. С чего это вдруг кому-то кроме меня и моих родителей отвечать за меня? Этот вопрос я и задала Матильде.

Та ответила просто:

– Согласно законам нашей стаи.

Новая информация нисколько не прояснила ситуацию, а наоборот ещё больше запутала меня. Я беспомощно посмотрела на маму, та легкомысленно отмахнулась:

– Не забивай себе голову тонкостями правовой системы общины.

– Мам, но они же выплатили какую-то компенсацию!

Обе женщины заговорщицки переглянулись и рассмеялись.

– Опять у тебя от меня секреты, - я обиделась, собралась было встать и уйти, громко хлопнув дверью, но мама удержала меня за руку.

– Не обижайся милая, мы просто с Матильдой поспорили за какое слово ты зацепишься.

– Это не ответ на мой вопрос, - строго заметила я.

Тут слово взяла Матильда.

– Девочки спровоцировали тебя, за то и поплатились. Они были предупреждены вести себя прилично, но проигнорировали при... просьбу, - она за-пнулась на последнем слове.
– Сегодня вечером они придут извиняться.

– Что?!- я опешила от такого поворота событий.- А при чём тогда компенсация?

– Это на будущее, - серьёзно добавила прекрасная Матильда.
– Мы, то есть мой муж как вожак и члены его семьи несём за тебя ответственность, впрочем как и за твоих родителей. Таковы правила, - предупредила она мои дальнейшие расспросы.

– На этом закончим, - заявила мама, вставая с дивана.
– Кстати, дочка, ты уроки сделала?

– Давно уже, мам.

– Ох, какая ты у меня молодец! Дай я тебя поцелую, - она потянулась ко мне. Я вырвалась и убежала в свою комнату. Мне нужно было о многом подумать.

Глава 7 Папы и дочки

– Не пойду я извиняться перед этой обезьяной!
– истерично кричала рыжая девушка. Глаза у неё были всё ещё красные и слезились, а нос распух.
– Это она на меня напала! Она!!! А не я! Я сама её убью!
– девчонка бросилась вон из комнаты.

– Стоять!
– рявкнул суровый мужчина с проседью на висках.
– Ты сделаешь так, как я сказал!
– он схватил за тонкое предплечье свою дочь и с силой дёрнул на себя.- Ты поняла? Отвечай! - для надёжности он ещё раз её встряхнул.

Девчонка жалобно захныкала и заскулила, разом растеряв весь свой боевой пыл.

– Но папа, - сквозь всхлипы попробовала возразить она, - ты же знаешь, что они не правы?

– Знаю,- уже спокойнее сказал отец и расслабил хватку на руке дочери.
– Я сам разберусь с этим, ты не вмешивайся. Поняла?

Девчонка неуверенно кивнула.

– Вот и славно,- он неуклюже потрепал свою младшенькую и самую взбаламошную дочь по щеке, дочь, которая уже какой раз доставляла ему хлопоты.

Ободрённая нежданной лаской, девушка схватила отцовскую ладонь и прижалась к ней лицом. Рыдания усилились, но уже не злые, требующие мести, а больше похожие на детские, требующие отцовской заботы и внимания.

– Будет тебе, успокойся, - почти ласково проговорил суровый отец, пытаясь своими грубыми большими пальцами стереть слёзы дочери.
– Не плачь, не плачь. Хочешь, я тебе твой любимый шоколад сварю?- уж совсем засюсюкал он.

Девчонка радостно закивала головой, постепенно успокаивалась. Шоколад она терпеть не могла, но это единственное что получалось у отца съедобным.

***

– Регина, что ты наделала?! Я не узнаю тебя!
– если мама к истории с перцем отнеслась с юмором, то папа пришёл в ярость. Может, у него просто настроение сегодня плохое или проблемы на работе?