– А Леннорс? – напряженно спросил Корн.

– Боюсь, ваш целитель сошел с ума от горя. Обвинение по егo делу было ложым. Будучи хорошим магом, он ведь мог и обмануть амулет правды,так что единственное прямое доказательство его невиновности, как я полагаю, в расчет не принималось. А после того, как Леннорс испарился из камеры, следствие получило последнюю и самую вескую улику его причастности к исчезновению Кукниса,и больше в честность этого человека никто, кроме его семьи, не верил. В том числе и потому, что он до сих пор считается беглецом, а не погибшим.

Шеф утер внезапно вспотевший лоб.

– Если не верите, можете пригласить Грегори Илжда и поинтересоваться, не было ли у него личных мотивов при проведении освидетельствования Леннорса, – добил его я.
– Но не думаю, что амулеты правды поймают его на лжи.

– Подожди… Рэйш, это, конечно, безумие, но не хочешь ли ты сказать, что любой человек потенциально способен стать темным магом?! – внезапно охрипшим голосом спрoсил Корн.

– Нет, конечнo. Но войти во Тьму может каждый.

– Как это понимать?!

– Тьма – всего лишь мир, находящийся за гранью реальности, - спокойно пояснил я.
– Чтобы попасть на темную сторону, магия не нужна. вот для того, чтобы оттуда выйти, одного желания уже недостаточно. Поэтому живыми оттуда выбираются лишь те, в ком есть зерно, которое наш рден называет темным даром. Чем оно сильнее,тем увереннее маг чувствует себя на темной стороне. И тем больше у него шансов вернуться.

Шеф надолго замолчал, невидяще глядя прямо перед собой. Недолгий шок и растерянность быстро прошли, маг снова был собран и напряженно размышлял над новыми сведениями, осмысливая и переoсмысливая не только свой прежний опыт, но и пытаясь понять, как его можно использовать.

– Хорошо, я проверю Илджа, – наконец, уронил он совсем другим тоном и остро на меня взглянул.
– Что можешь сказать насчет остальных четверых?

– Картина сходная, – ровно отозвался я и бросил на стол последние пару листков.
– У людей внезапно случилась беда, после чего они, сами того не желая, открылись Тьме. И, скорее всего, каждому она что-то посулила : забвение,избавление от боли… я же говорил : темная сторона любит искушать. Кукнис по решению суда был лишен дара, поэтому на эту стадию изменений никто не обратил внимания. Леннорсу дар тоже заблокировали. А вот остальных четверых не успели проверить. Однако все они исчезли в среднем спустя месяц-полтора после своей личной трагедии. И, если верить показаниям друзей, соседей и тех, кто знал пропавших, незадолго до исчезновения у каждого случались осечки с магией. Причем неоднократно. За помощью ни один из четверых не обращался, поскольку все они были целиком пoгружены в свое горе. А не-магам подобные «осечки» ни о чем не говорят.

— Но почему именнo эти четверо?
– забарабанил пальцами по столу Корн. – И почему только мужчины? У многих людей случаются трудные периоды в жизни, но если бы каждый после пережитого горя уходил во Тьму, у нас бы магов просто не осталось.

– Вы правы. Чтобы по доброй воле перейти на темную сторону, надо полностью утратить рассудок. Или дойти до такой степени отчаяния, что становится все равно – жить или умереть. Женщины переносят боль легче – им дозволено плакать, кричать, бить в доме посуду и любым способом выражать свою боль. Для мужчин запретов больше, поэтому не все справляются. Те, кто слабее,иногда сдаются. И вот тогда к ним приходит Тьма…

Корн с подозрением прищурился.

– Рэйш, сколько времени ты проторчал в архиве?

– Сутки, – непроизвольно зевнул я.
– И с вашего позволения следующие планирую нагло проспать.

– Стой, – спохватился шеф, когда я выразительно взглянул на дверь.
– Так что нам теперь делать с Робертом Искадо?!

— Не мешайте ему, - серьезно посоветовал я.

– В каком смысле?!

– Если Роберт захочет уйти во Тьму, он туда уйдет, как бы вы этому ни противились. Сегодня или завтра, через неделю или год, но он все равно перейдет границу и окажется на темной стороне. Если он сделает это втайне, ослабленным и в одиночку, вы получите еще один труп. Если же вы сумеете его подготовить…

– То есть, нам надо искать для него наставника? – недoверчиво переспросил шеф.

– Это был бы наилучший вариант. Темным магом в полном смысле этого слова мальчик, скорее всего, не станет, но имеет смысл объяснить, что его ждет на темной стороне. Быть может, сводить туда под присмотром кoго-то из наших. Но времени осталось немного,так что стоит поторопиться.

– Почему ты считаешь, что нам его не удержать? Рoберт неглупый мальчик и вряд ли захочет рисковать понапрасну.

– Очень скоро он утратит дар, - напомнил я.
– Всю жизнь родители внушали ему, что он особенный, а уже через месяц Роберту придется стать простым смертным. Ему всего десять, Корн. А для мальчишки это крушение всех надежд. Перестать быть магом – что может быть хуже? Даже если вы сможете объяснить, почему он не должен отчаиваться, он все равно будет считать себя ущербным. И рано или поздно это начнет его угнетать. отчаяние, как и страх, это прямая дорожка во Тьму. К тому же, оберт вчера признался, что пo ночам слышит голос Мелани,и это для него – наибольшее мучение. Он мечтает ее найти, что бы попрoсить прощения. Сейчас ему не хватает на это смелости, но как только решение будет принято, мальчишка сбежит.

– А если лишить его возможности уйти во Тьму?

Я усмехнулся.

– Для этого вам придется его убить.

– Может, есть какая-то защита?
– с досадой взъерошил седую шевелюру Корн.
– Пусть не амулет, но может, имеет смысл поставить щиты на сам дом? Или на комнату?

– Много вам помогла защита в случае с Леннорсом или Кукнисом?

– Тьфу ты, прoпасть… что его тогда, привязывать, что ли?!

– что? – задумался я. — Неплохая идея. Но привязывать мальчишку придется и тут,и на темной стороне. Причем не веревками, а цепями. Лет этак на десять для верности.