Шрифт:
– Как это как? Бабка твоя справлялась, народ поговаривает, с такими проблемами. Многих вылечила от немощи. И ты сможешь, значит.
– Я?! Да я-то тут при чем?
Господи, вот это недоразумение, так недоразумение! Никогда еще Вера не оказывалась в столь дурацком положении. Человек пришел к ней с сокровенным, а ей хочется поколотить его палкой и прогнать вон.
– Ты не подумай, я умею благодарить. Все что хочешь для тебя сделаю, только избавь меня от этой хвори.
Он подался вперед, того и гляди бухнется перед ней на колени. Что же делать? Как достойно выкрутиться из щекотливой ситуации? Объяснять ему сейчас, что она и Антонина не одно и то же, бесполезно. Это Вера читала в его глазах, которые разве что не кричали с мольбой, но взирали так, что хотелось сквозь землю провалиться.
– Вот что! – решилась она. – Идите домой, а я попытаюсь решить эту проблему. Мне надо подумать. Приходите вечером. Ладно?
Выпроводив, практически вытолкав мужика за дверь, Вера заметалась по комнате. Она уже забыла, что не завтракала и котенок не кормлен. Желание посетить местный магазин тоже выветрилось из головы. Одна мысль пульсировала в мозгу: «Ей нужен интернет. Жизненно необходим!» Через пять минут она уже бежала в сторону дома Самоделкина, про которого ей вчера рассказал необщительный сосед.
Глава 6
Несмотря на яркое, даже слепящее солнце, мороз крепчал. И Вера бы обязательно обратила на это внимание, если бы так не торопилась. Но лишь когда увидела небольшое строение, смахивающее на вагончик, с гордой надписью «Универсам», поняла, что не чувствует ни ног, ни рук, ни лица. И при каждом вдохе ноздри слипались, будь они неладны, а запыхалась она неслабо.
Ну и где же тут дом Самоделкина? Вера посмотрела по сторонам и сразу же заприметила неказистую деревянную постройку. И ни чем бы дом особенным не отличался от остальных, если бы не был весь увешан антеннами, кабелями и самодельными тарелками. Что-то среднее между новогодней елкой и гигантской катушкой индуктивности. Значит это и есть жилище местного изобретателя.
В дверь Вера колотилась так, словно доживала последние минуты. К тому моменту она замерзла до такой степени, что когда дверь открыли, едва не ввалилась в проем.
– Не иначе, как ко мне пожаловала Снегурочка, – услышала она голос, а потом и увидела его обладателя.
Изобретатель оказался под стать своему дому – невысокий, худощавый, волосы нечесаные и торчат во все стороны, а на носу очки с толстенными линзами, за которыми глаза кажутся неестественно большими. Но все это Вера разглядела позже, когда немного оттаяла, отпаиваемая горячим чаем.
– Ты кто ж такая будешь? Что-то я тебя раньше не видел.
Чай сделал свое дело, и мышцы на лице Веры вернули чувствительность. Она смогла выдавить улыбку и ответить:
– Вероника Ветрова – внучка покойной Антонины, – протянула она руку.
– Ух ты! Уважаю… У такой бабки не может быть плохой внучки. Да и с виду ты ничего.
– А вы Василий Самоделкин?
– Василий Петрович Ростропович, – подбоченился он и снял очки, отчего глаза сразу стали обычными человеческими – натруженными и с хитрецой. – Наградил же бог фамилией.
Они обменялись рукопожатием. Внутри жилище ученого (Вера так его окрестила про себя) выглядело под стать внешнему убранству – кругом валялись микросхемы, пахло паяльником и много книг в шкафах разной масти вдоль стен. В таком доме Вере еще не доводилось бывать.
– Дядь Вась, мне сказали, что у вас есть интернет. Вы моя последняя надежда, – взмолилась она и разве что руки не сложила перед собой в соответствующем жесте.
– Ну, во-первых, какой я тебе дядя Вася. Мне лет-то всего сорок. А во-вторых, интернет-то есть, но вот захочет ли он бегать сегодня?
– Мне очень нужно. Очень, очень!
– Ну я же не царь бог. Пойдем, посмотрим, в каком он настроении.
Вера прошла за Самоделкиным в соседнюю комнату, не менее захламленную, и даже не удивилась, увидев допотопных времен компьютер, с вытянутой задней частью и выпуклым монитором. А глядя на клавиатуру, казалось, что Василий сам ее собирал из подручных материалов.
– Ну, красавчик, – он любовно смахнул пыль с поверхности агрегата, нажимая на кнопку процессора.
Загудел компьютер, как маленький трактор. Даже завибрировал слегка. Вера с нетерпением смотрела на экран. Когда он нежно засветился, незаметно перевела дух. Она даже самой себе боялась признаться, как не надеется на удачу. Осталось, чтобы Самоделкину удалось настроить интернет.
Все еще боясь дышать, Вера наблюдала, как Василий уселся в крутящееся кресло, по всей видимости, тоже самодельной конструкции и как заправский хакер застучал по клавиатуре, набирая замысловатые комбинации из кнопок. Несколько раз он зависал и пристально вглядывался в экран, потом чертыхался и снова стучал по кнопкам, пока не появилась заставка браузера.
– Аллилуйя! – вскричал он и резко крутанулся, отчего кресло пронзительно взвизгнуло, словно заявляя, что подобного обращения не потерпит. – Добро пожаловать во всемирную паутину!