Оби-Ван моргнул, всматриваясь в его полное недоумения лицо.

– Энакин...
– вздохнул Оби-Ван.
– Ты сам сказал, что мастер Квай-Гон был бы для тебя лучшим мастером. Это мнение ты высказывал неоднократно, как мне лично, так и в присутствии других членов Совета и мастеров.

– Но... Нет!
– яростно запротестовал под совершенно пустым взглядом джедая Скайуокер.
– Я не это имел в виду! Ты просто отличный мастер! Это я так! Я просто рассердился! Знаю, это недостойно джедая...

Кеноби сидел совершенно спокойно, внимательно смотря на пытающегося что-то объяснить Энакина.

– В общем, это не так!
– бодро завершил речь Скайуокер.
– И когда я высказал желание не иметь с тобой ничего общего?
– фыркнул он.

– На церемонии принятия тебя в рыцари, - терпеливо пояснил Кеноби.

– Но я ничего не говорил!
– взорвался Энакин.

– Да, - согласился Оби-Ван.
– Но ты сделал. Дела говорят красноречивее слов.

Скайуокер затих, понимая, что ничего не понимает. Что происходит? Что произошло? В чем его обвиняют?! Он ничего не говорил такого и не делал!

– Я понимаю, что ты ожидал другого, - тем временем заговорил Кеноби, - но я не управляю Орденом единолично. Я лишь один из членов Совета. Это было коллективное решение, принятое после долгой дискуссии. Мы понимаем, что ты хотел бы работать в одиночестве, как все рыцари, но сейчас идет война, мы не можем выделить тебе положенные пять лет на адаптацию, поэтому ты и пятьсот первый будут пока отправляться на усиление кого-то более опытного. Однако я приложу все усилия, чтобы при возможности дать тебе хотя бы одну одиночную миссию. Как и любому рыцарю, нуждающемуся в наработке опыта.

Скайуокер замер. Ему казалось, что идет разговор слепого с глухим.

Кеноби ждал. Энакин встал, молча поклонился и вышел. Ему срочно надо было прояснить один вопрос: что же он сделал на церемонии такого?

Однако простым хватанием первого попавшегося джедая за шиворот отделаться было нельзя. На его церемонии присутствовало семь магистров. По идее, их и необходимо было спрашивать, как свидетелей, однако кого именно? Йоду? С гроссмейстером отношения у Энакина были так себе. Винду? Они друг друга терпеть не могут. Пло Куна? Отсутствует. Ки-Ади-Мунди? Тоже отсутствует. Депа Биллаба?

Размышления забредшего в Комнату тысячи фонтанов Скайуокера прервало занимательное зрелище. Два клона, в которых рыцарь с огромным изумлением узнал Коди и Рекса, увлеченно беседовали с рослым блондином, которого джедай смутно помнил. Пару раз он видел его с мастером, но редко... Кто же это?

– Добрый день!
– поздоровался Скайуокер, клоны вздрогнули. Блондин кивнул:

– Здравствуй, Энакин.

– Вы меня знаете?

– Конечно, - усмехнулся мужчина.
– Как я могу не знать своего почти племянника!

Скайуокер изумленно уставился на блондина. Племянник? В голову ничего не лезло.

– Не старайся, - понял его затруднения джедай.
– Я был когда-то падаваном Квай-Гона Джинна. Первым. А ты падаван его третьего падавана. Хотя теперь я технически не вхожу в линию Йоды, считаясь рыцарем-одиночкой.

Скайуокер моргнул.

– Один момент, пожалуйста...
– медленно произнес рыцарь.
– Вы... Фимор, не так ли?

– Он самый.

– Я помню, Оби-Ван мне рассказывал!
– обрадовался парень.
– Вы первый падаван Джинна, потом был Ксанатос, потом Оби-Ван.

– Можно сказать и так, - согласился Фимор. Неожиданно до Скайуокера дошло.

– А почему 'технически не являетесь'?
– напрягся Энакин. Фимор пожал могучими плечами:

– Потому что Квай-Гон от меня отказался. При всех. Поэтому официально я не вхожу в линию, и считается, что рыцарства я достиг самостоятельно. Без помощи мастера.

– Как - отказался?
– прошептал Скайуокер, клоны замерли, стараясь казаться совершенно незаметными.

– Просто, - развел руками Фимор.
– После ухода из Ордена и Падения Ксанатоса Квай-Гон был не в себе. Он заявил, что не считает мое рыцарство своим достижением, и отказался от меня как от своего падавана. Вот и все. Впрочем, привычное для него отношение, - невозмутимо продолжил рыцарь, откусив кусок от яблока.
– От Оби он тоже отказался, правда, не успел соблюсти все формальности.