– Открой глаза.

Она делает, как я прошу, и открывает от изумления рот, когда видит, что нарисовано на ткани. «Ты выйдешь за меня?» – написано большими синими буквами сверху, а под этими словами я нарисовал нас с ней, стоящими под изогнутой деревянной аркой, с надписью: «И жили они долго и счастливо».

– Эль Джонсон, – говорю я, опустившись на одно колено. – Ты окажешь мне честь, став моей женой? – смотря на нее снизу вверх, я улыбаюсь ее ошеломленному выражению лица. Неужели она не предвидела этого? Мы официально начали жить вместе через неделю после художественного конкурса, и все было превосходно. Зачем отсрочивать неизбежное? Я сделаю наши отношения официальными до того, как она сможет передумать.

– Да, – кричит Эль. – Согласна. Черт, да, – визжит она, опустившись передо мной на колени.

Она обнимает меня, затем наши губы соединяются, и мы падаем на полотно, страстно соприкасаясь ртами. Мы отстраняемся друг от друга, смеясь, когда приземляемся набок. Она перекатывается на спину, и последнее хихиканье слетает с ее губ. Опираясь на локоть, я наклоняюсь к ней. Подняв ее левую руку, я надеваю ей на палец кольцо с бриллиантом, которое сам выбрал, а затем целую ее руку.

– Джош, оно прекрасно, – она смотрит на свой палец, крутя руку из стороны в сторону, наблюдая, за сиянием камня.

– И они жили долго и счастливо, – говорю я, подмигивая.

– Нет – говорит Эль, покачав головой. – Они жили и любили, рисуя холсты своей жизни и создавая единственный в своем роде шедевр, – с этими словами она обнимает меня за шею, притягивая к своему рту для того, что мы умеем делать лучше всего – небольшого молчаливого общения.

**КОНЕЦ**