Поднеся бутылку к губам, я делаю большой глоток и наслаждаюсь, когда холодное пиво попадает на вкусовые рецепторы. Мой взгляд пробегает по нашей компании. Шон и Татум разговаривают, склонив головы. Судя по тому, как Мел вьется вкруг Пита, думаю, они пара. Возвращаю взгляд к Либерти. Она смотрит мне в глаза.

– Хочешь потанцевать? – улыбаюсь я.

– Ты танцуешь? – спрашивает она, раскрыв глаза от удивления.

– Танцую. Люблю танцевать, – поднявшись с места, протягиваю руку. Она вкладывает свою ладонь в мою. Я осторожно поднимаю ее на ноги и провожу через толпу к маленькому танцполу перед баром. Кладу руки ей на бедра, и мы начинаем двигаться. Многие девушки говорили, что я хороший танцор. Мой секрет – забивать на то, что думают другие. Даже если я выгляжу нелепо.

Меня учила танцевать мама, когда я был еще ребенком. Ей нравилось, когда музыка разносилась по всему дому, и всегда пела, пока занималась домашними делами. Когда я или мои братья проходили мимо, она тянула нас за руку и принималась танцевать. Наши движения варьировались от смешных до впечатляющих, в зависимости от настроя. Так что танец сидит в нас с раннего детства.

Я разворачиваю Либерти, и теперь ее спина прижимается к моей груди. Одной рукой, за живот прижимаю ее к своему телу, а другая лежит на ее бедрах.

Она с улыбкой смотрит на меня через плечо.

– Ты весьма ловок.

Я стреляю в нее улыбкой, и резко разворачиваю лицом к себе. Ее груди вжимаются в мою грудь. Я вижу желание в ее глазах, когда она приподнимается на носочках и целует меня.

Сначала я позволяю этому поцелую случиться. Она проводит ртом по моим губам, облизывает нижнюю губу, а затем посасывает ее. Сейчас поцелуй требует от меня усилий, ведь она – не та, с кем хочу этим заниматься. Если я не могу ее целовать, не думая об Эль, тогда вообще в этом нет смысла.

Я отступаю, выпрямляясь.

– Что-то не так? – тревожно спрашивает она.

– Нет, это было мило.

Она кривится.

– Ух, «мило». За этим обычно следует какое-то «но».

– Мне очень понравилось, и если бы мой мозг не был занят кем-то другим, я бы ответил тебе.

Она кивает головой.

– Хорошо. Я это уважаю. Когда перестанешь о ней думать, то знаешь, где меня найти.

– Я так рада за Джоша. Не могу поверить, что он не рассказал нам, – возбужденно сказала Дженни, сидя напротив меня в нашей любимой кофейне. Здесь мы привыкли болтаться между парами в университете, а еще, именно здесь Кайл впервые пригласил ее на свидание.

– Понятия не имею, о чем ты говоришь. Я не видела Джоша уже два месяца, с пикника в твоем доме.

– Ты с ним и не разговаривала? – спросила она, подняв бровь.

– Не-а, – я качаю головой, опасаясь, что Дженни будет докапываться до деталей.

– Как так?

Пожав плечами, я пытаюсь сохранить ровное выражение лица.

– Так получилось.

Дженни наклоняет голову, изучая меня.

– Почему мне кажется, что в этой истории есть нечто большее, чем ты говоришь? – она наклоняется вперед, положив локти на столик. – Ты же знаешь, что можешь рассказать мне что угодно. Даже то, что вы с Джошем занимались сексом.

– Как ты..? – поток моих слов прерывается, когда понимаю, что она поймала меня.

Дженни злорадно улыбается.

– Ты реально думала, что я не узнаю, что двух моих лучших друзей тянет друг к другу?

– Тянет друг к другу – да, но не думаю, что ты поняла, что у нас был секс. Это слишком странно? Я ужасный человек, из-за того, что переспала с бывшим бойфрендом лучшей подруги. Да?

Боже, пожалуйста, не позволяй ей меня ненавидеть.

– Поверить не могу, что ты меня об этом спрашиваешь. Все, чего я хочу, что бы вы двое были так же счастливы, как и я с Кайлом, – она рассеянно проводит рукой по своему растущему животу. – Если это означает, что вы, ребята – пара, даже лучше. Я не могу представить никого лучшего рядом с тобой, кроме Джоша.

– Ну, этого как раз не произойдет. Сейчас он меня ненавидит, – я смотрю на свой стершийся розовый лак для ногтей.

Почему я постоянно о нем думаю? Никогда не было такого, что бы парень настолько забрался мне в голову. Почему с ним по-другому? Что в нем такого, что я снова и снова воспроизвожу в памяти каждую минуту ночи, что мы провели вместе?

– Что заставляет тебя так думать?

Пялясь на стол, я жую губу. Мне все еще стыдно за то, как я обращалась с Джошем. Мне не следовало делать вид, словно то, что мы сделали, ничего для меня не значило. Меньше, чем ничего. Мои действия, должно быть, причинили ему сильную боль.