Слева располагались два открытых грузовых лифта, способных вместить трех или четырех терминаторов каждый. Не идеальный, но приемлемый вариант. Определенно лучше лестницы.

— Отделение Велиала, ко мне. Поднимаемся. — Великий магистр переключился на вокс-канал роты. — Жду докладов! Даэрон, генератор щита обнаружен? Теризон, где ты находишься? Валтасар, главные ворота захвачены?

— Двумя уровнями ниже мы нашли источник энергии, великий магистр. Возможно, это генератор. Через девяносто секунд будем там.

— У вас есть шестьдесят, — ответил Азраил.

— Главный зал на первом этаже и подходы к нему зачищены, брат-капитан. Три отделения пробиваются по флангам к Даэрону и Каролусу. Подъемники и лестница внутри охраняемого периметра. В других точках входа работают огнеметчики.

— Ворота наши, владыка, но Четвертая рота продвигается с трудом. Противник вышел из боя с Третьей и атакует отряды магистра Шеола на юго-западном направлении. Мы окружены, и долго здесь оставаться нельзя. Магистр Надаил предлагает повести Третью на помощь Шеолу, чтобы ускорить наступление.

— Нет, для полномасштабного штурма еще не время, — резко ответил Азраил и вновь поменял вокс-частоту. Подступив к ближайшим еретехам, он смял в силовом кулаке стальные трубы, за которыми пригибались враги, и расстрелял тех двумя короткими очередями из штурмболтера. — Шеол, тебе хватит двух минут, чтобы прорваться к стенам?

— У них тут бункеры для вылазок и передвижные танковые ловушки, не обнаруженные предварительным сканированием. Усиливается перекрестный огонь, — доложил капитан Четвертой роты. — Мы можем добраться до цели в срок, но потери составят десять или даже пятнадцать процентов.

Азраил хотел досадливо выругаться, но вспомнил, что теперь общее командование на нем. В изначальные планы ордена не входило тщательное изучение и последующий штурм Железного Сталагмита: это обошлось бы слишком дорого при сомнительных выгодах, ведь пара рот могла сдерживать любые угрозы, просто осаждая крепость. Операция по возвращению останков Наберия и знамени Темных Ангелов, при всей ее важности для боевого духа братьев, уже казалась ему сомнительным предприятием.

— Если за шестьдесят секунд не добьетесь успеха, возвращайтесь на прежние позиции, — велел он.

Шагнув вправо, капитан присоединился к Велиалу и Мериту, которые вошли в погрузочный зал. Построившись цепью, три терминатора смели огнем всех, кто преграждал им путь к лифтам. Командир вновь переключился на канал Крыла Смерти:

— Валтасар, если в течение минуты Четвертая не подойдет к воротам, вместе с другими отделениями на охране периметра отступайте в цитадель.

— Вас понял.

Галад и Гарвил переступили порог и двинулись вправо, стреляя на ходу. Кадаил удерживал еретехов у входа.

Раздался звонок, двери одного из подъемников начали закрываться.

— Неконтактный подрыв! — отрывисто приказал Азраил системам доспеха и выпустил осколочную гранату в просвет между створками. — Брат Тезалион?

— Да, брат-капитан? — отозвался технодесантник, прикрепленный к отделению Колдераина.

— Найди систему управления лифтами и взломай ее.

— Уже направляемся туда, великий магистр, — заверил повелителя сержант Колдераин. — Мы этажом ниже вас. Через тридцать секунд выполним задачу.

Где-то наверху повстанцы открыли двери подъемника. Прозвучал краткий хлопок, и сенсориум подсветил точку детонации фраг-снаряда.

Азраил прорвался через следующую баррикаду; непрерывно паля из болтера и орудуя кулаком, он не останавливался ни на секунду. Велиал у его плеча прокладывал мечом не менее кровавую тропу.

— Великий магистр, говорит Шеол. До стен не доберемся.

— Понял тебя, брат-капитан. Продолжай атаковать неприятеля на периметре, пока не отступит отделение Валтасара. Затем возвращайся на осадные позиции.

— Лучше бы нам поскорее выбираться отсюда, — заметил Кадаил.

— Не спорю, брат.

Они подошли к неподвижному лифту. Командир уже хотел перейти на частоту Первой роты, чтобы скомандовать сбор у ворот донжона, но заметил почти прямо над собой руну маячка Наберия.

К удивлению воина, сигнал чуть вздрагивал в ритме пульса — слабого и прерывистого, но ощутимого. Их вылазка из операции, теоретически способной укрепить боевой дух, тут же превратилась в спасение живого, дышащего собрата.