Наверно, так бы и сталось, если б не вино, к которому он пристрастился. Сначала выпивал как все и до непотребного состояния не напивался, но постепенно и незаметно, как в классических примерах психиатрических учебников, дозы увеличивались, а выпивки становились чаще. Бывало, Стас успевал напиваться по два раза в день.

Как-то Стас опоздал на общую лекцию по политэкономии в аудитории-амфитеатре. Он извинился и пошел мимо кафедры, с которой читал лекцию преподаватель, щуплый незначительного роста человечек Песиков, чтобы подняться и сесть подальше от него. По пути Стас пошатнулся и зацепился тяжелым пузатым портфелем за кафедру. Раздался характерный звяк посуды. В тишине, когда муха пролетит - слышно, это прозвучало так вызывающе откровенно, что аудитория покатилась со смеху. Ничего не понял только Песиков. Он подождал, пока аудитория успокоится и продолжал монотонно как пономарь вдалбливать нам суть трудовой теории стоимости Адама Смита и Давида Рикардо.

Стас сел передо мной и я, наклонившись чуть к его нижнему столику, шепотом спросил:

– Ты чего пустые бутылки с собой таскаешь?

– Сдать хотел, - также шепотом ответил Стас.
– Оказалось, пункт приема еще закрыт. А на червивку не хватило. Там по десять двадцать, а у меня восемь рублей. У тебя нет?

У меня были, и Стас, не досидев до конца пары, ушел, сообщив Песикову, что у него болит голова. Как сказал мудрый Расул Гамзатов:

Ты пьешь вино и пьешь.

Как царь и повелитель.

Постой, еще поймешь,

Что ты его служитель.

Но однажды трезвый и грустный Стас объявил нам, что завтра идет лечиться от алкоголизма.

– Мать поставила условие: если не пойду лечиться, больше денег ни копейки не даст. Да это черт с ними, с деньгами! Отец обещал в армию сдать. А батя, если сказал, сделает.

Отец у Стаса, мужик крутой и настоящий полковник, занимал должность военкома области. Удивительно, что при таком отце, пьянки Стаса до сих пор сходили ему с рук. Сына, как могла, прикрывала мать, но, видно, и ее терпению пришел конец...

Гипнотизер

I

Психприемник находился в городском парке, в зоне аттракционов. Длинный одноэтажный дом с высоким фундаментом и выщербленными кирпичными стенами, окрашенными в грязно-желтый цвет, несуразно торчал среди зелени лип и кленов, которые не могли полностью скрыть его ядовитую желтизну, и он виден был далеко за парковой оградой.

Они обошли здание кругом, и мать, пропустив Стаса вперед, будто опасаясь, что тот в последний момент сбежит, стала подниматься по шаткой деревянной лестнице следом за ним.

В плохо освещенном коридоре мать остановила проходящую мимо сестру и тихо, и невнятно, так что пришлось повторить, спросила, где найти врача-невропатолога Валентина Степановича.

– А вон, к нему больные сидят, - сестра кивнула в конец коридора.

Они со Стасом подошли к кабинету, возле которого сидели и стояли люди, и мать, не останавливаясь, сходу открыла двери и исчезла в кабинете. Через несколько минут она позвала Стаса.

Гипнотизер Валентин Степанович оказался рыжим мужчиной средних лет с гладким полным лицом и серыми глазами. Он усадил мать со Стасом у стола, и они сидели друг против друга, напряженно ожидая, пока он кончит писать. Наконец, врач ткнул ручку в гнездо чернильного прибора и захлопнул чью-то историю болезни.

– Ну, рассказывай, - он строго посмотрел на Стаса.
– И как у попа на исповеди, ничего не скрывать.

– Чего рассказывать-то?
– исподлобья взглянул на врача Стас.

– А все! Пьешь давно?

Стас пожал плечами.

– Ну, сколько времени? Когда стал пить?

– Да года два.

– А самому сколько лет?

– Двадцать один.

– Ну! Стаж небольшой!
– врач растянул губы в улыбке, показывая крепкие ровные зубы, но тут же его лицо снова приняло строгое выражение.

– Но это не важно. Пьешь часто?

– Да дня не бывает, чтоб трезвый пришел, - сказала мать. Она со всей серьезностью отнеслась к словам "как у попа на исповеди" и готова была вывернуться наизнанку, раз это нужно.

– А если не попьет неделю - не знаешь, что и думать. Наша бабушка тогда говорит, что это не иначе, как медведь в лесу сдох.

– Какой медведь?
– не понял врач.

– Да так говорят, когда что-нибудь удивительное происходит, какое-нибудь событие, - пояснила мать.

Глаза Стаса вспыхнули, но тут же погасли, и он снова перевел взгляд на врача.

– Синдром похмелья наблюдается?

– Бывает, - признался Стас.

– Вещи из дома еще не пропивает?
– спросил врач.

– Вещи нет, - испугалась мать.

Врач помолчал, будто переживая свои невеселые мысли.

– Ты сам-то понимаешь, что тебя ждет дальше? В лучшем случае - ЛТП... А сколько преступлений совершается в пьяном виде?

– Ну, уж и преступлений, - усмехнулся Стас.

– Да-да, преступлений, - заверил врач. И сам не заметишь, как сядешь на скамью подсудимых. Я всяких видел. Хороший в прошлом человек, из порядочной семьи и - убийца. А начиналось все просто. Сначала в компании рюмку выпил, потом другую. А очень скоро обходиться без водки уже не мог. Потребность в дозах все увеличивалась, организм требовал спиртного. В голове одна мысль сидит - где достать выпить. Значит, что? Воровать! Совершил кражу. Вот и готовый преступник.