Ну и, в-третьих, Левченко, наконец-то, признался, что у него есть хорошие корабли. Не пароходы и шхуны, а стальные "коробки" из прошлой эпохи. Кораблей немного, всего три: БДК "Королев" и два МПК (малых противолодочных корабля). Но они готовы к морским походам и недавно прошли ходовые испытания. Сил, времени и ресурсов в ремонт кораблей вложено столько, что страшно представить. Теперь настал срок вывести их на большую воду и, если все сложится хорошо, даже за пределы Балтики. Где-то можно торговать, а где-то грабить отсталые анклавы. По обстоятельствам. И Левченко интересовался, как к этому отнесемся мы, колонисты из ККФ. Что сказать? Конкуренция не есть хорошо. Однако Левченко союзник, и нас до сих пор не подставлял. Поэтому я сказал то, что он хотел услышать. Мир большой - счастливого плавания и семь футов под килем. Его это сразу успокоило и приободрило, а я продолжал улыбаться и пить взвар.

В общем, вечер прошел в теплой и дружественной обстановке. Я возвращался на фрегат и, еще раз вспоминая разговор с генсеком Калининградской республики, приходил к выводу, что ошибок не допустил, и с этого направления опасности нет. Но тогда почему мне так плохо?

Подумав об этом, я отметил, что порт уже недалеко, осталось проехать разрушенный микрорайон и мы на месте. Комок в солнечном сплетении стал похож на кусок камня и шестое чувство взвыло:

"Опасность!"

Одновременно с этим Лихой заскулил и я закричал:

– Стоп!

Водитель подчинился и, взвизгивая тормозами, автомобиль резко замер на месте. После чего Арсен распахнул левую дверь и вывалился наружу, на изрытую колдобинами дорогу. Лихой последовал за ним и скрылся в темноте, а я выскочил через правую дверь, поскользнулся и полетел в кювет.

Согнутая в локте рука смягчила падение, я замер и сразу приподнял голову.

"То-то смеху будет, если ошибся, скажут, что Мечник параноик", - подумал я, наблюдая за тем, как останавливается передовой "джип", и в этот момент он взорвался.

Обочина вспыхнула ярким огнем, и в воздух поднялся фонтан из грязи, камней и железа. Легко, словно игрушку, взрыв подхватил "джип" и разорвал его на части, а я пригнул голову и подумал, что снова оказался прав. А затем пришла ударная волна, которая принесла осколки, и, вжавшись лицом в грязь, я потянулся за пистолетом.

Прохладная рукоять ТТ привычно легла в руку и я пополз в развалины. Необходимо поменять позицию и спрятаться, выжить и дождаться подхода помощи с территории порта. Если все сложится нормально, через десять минут подкатит группа быстрого реагирования. До тех пор мы сами по себе.

"Главное - уцелеть!
– промелькнула мысль.
– А разбираться, кто устроил засаду, и с какой целью, будем потом".

Я оказался в древних руинах, которые раньше были домом в несколько этажей. Кругом темнота, но все-таки видны груды битого кирпича, изломанная арматура и бетонные блоки. Осмотрелся, замер и только тут заметил, что ничего не слышу. Кажется, меня в очередной раз контузило, а может быть дело в нервах.

Левой ладонью я слегка хлопнул себя по щеке и мотнул головой. После этого звук вернулся, и я услышал со стороны дороги выстрелы, а затем истошный человеческий крик. Я обернулся и увидел, что "джип", на котором мы ехали, горит. От передового остался один пылающий остов, а наш автомобиль только разгорается. И рядом с ним, размахивая руками, стоял горящий человек. Кто это, разобрать не удалось. Но вариантов немного. Либо водитель генсека, либо Мустафа. Над дорогой проносились пулеметные очереди и одна из них, наконец-то, вонзилась в уже обугленное тело, человек упал и замер без движения.

Судя по всему, против нас работали профессионалы. Фугас заложили мощный, как раз на перекрестке дорог, его не объехать. А в дополнение к взрывному устройству есть стрелки. Классическая засада на автоколонну противника. По всем канонам партизан, диверсантов и спецназа ГРУ. А что дальше? Враги ограничатся расстрелом выживших или попытаются взять пленных? И где мои телохранители вместе с Лихим? Сейчас посмотрим.

Приподнявшись, я прижался к стене. Сквозь пролом видно не так уж много, но основное выхватил. Враги с обеих сторон дороги. Слева пулеметчик и два автоматчика. Справа еще два автоматчика. Как минимум, пять человек. Но, скорее всего, больше. Арсена не видно, затаился и выжидает - правильная тактика. Лихой где-то неподалеку, я его чувствовал. Все не так уж и плохо, как могло бы быть.

Враги перестали стрелять, ибо целей нет, и стали двигаться вдоль дороги. Они прикрывались темнотой. Очередное подтверждение, что они профи. Горячий молодняк или обычные налетчики сразу выбежали бы к машинам и оказались на свету. А эти нет, понимают, что времени немного, но работают довольно спокойно и грамотно.

У меня путей отхода нет. Через завалы внутри здания перебраться сложно. Покидать руины тоже не дело, подстрелят. Значит, придется оставаться на месте.

Отступив от пролома, я присел за бетонный блок сбоку от выхода, а спустя несколько секунд услышал приглушенные голоса налетчиков:

– Он точно здесь?
– спросил один.

– Да, - отозвался другой.
– Я сам видел, сюда рванул.

– А почему сразу его не подстрелил?

– На машину отвлекся, из нее второй телохранитель выбирался.

Первый промолчал, и я услышал характерный звук отскакивающей от УЗРГМ предохранительной скобы. После чего внутрь полетела ручная граната.

"Сука-а-а-а...
– с тоской подумал я, сжимаясь в клубок.
– Кажется, живым меня брать не собираются".

Взрыв был негромким. Граната РГД-5 взорвалась в нескольких метрах от моего укрытия, и осколки окатили бетонный блок. Но за ней последовала вторая, на этот раз Ф-1. Она рванула мощнее, и осколков было гораздо больше, парочка даже дала рикошеты от стен, которые едва не обвалились, и залетели ко мне. К счастью, меня не задело. Кусочки горячего металла прошлись по бетону, и опять наступила относительная тишина. Я успел зажать уши и приоткрыть рот, так что все обошлось, не оглох.