— Ну, что ж, девочки, с вами было весело, но мне пора кончать с вами.

Хидан, с иронией наблюдая за обращенными к нему дулами пистолетов, откинул труп.

— Во имя Дзясин-самы! – и молниеносно вытащил гранату, отцепив чеку.

Хидан замахнулся гранатой, собираясь швырнуть ту в полицию, что уже кинулась в противоположную сторону от грозящего выстрела, но внезапно выскочивший Минато выстрелил пулей-стрелой, что вонзилась в горло убийцы и прошла навылет.

Хидан издал стон-хрип, так и не бросив гранату, и, захлебываясь в собственной крови, в судорогах рухнул на колени. Минато кинулся к нему и, когда тело упало, а рука разжала гранату, Намикадзе, прокатившись по полу, перехватил её и, подскочив, швырнул в раму окна.

Осколки стекла градом разлетелись в стороны, выпуская из своего зева снаряд, что разоврался огнем, разнося оглушающий взрыв.

Минато, снесенный ударной волной, отлетел к стенке, прикрыв лицо руками.

Комнату заполнил удушающий дым, включилась пожарная тревога, и кровь на стенах растушевало нахлынувшим потоком воды из потолка.

***

Сакура осторожно дотронулась до глянцевой поверхности фотографии, которую ей протянул через стол детектив Итачи. Визит детектива в университет стал весьма неожиданным. Ворвавшись посреди пары, которая уже подходила к концу, он спросил, кто был близок к студенту Акасуне Сасори. Девушка вызвалась ответить на пару вопросов и теперь сидела в пустой аудитории, разглядывая фотографию незнакомой ей семьи.

— Скажите, Сакура, Вам знакома эта девочка? — молодой детектив указал на изображение блондинки, в которой Харуно едва узнала Нарико.

— Да, это Нарико.

— Как вы познакомились и как давно?

Сакура заметно замялась. Она нервно натянула края рукавов на пальцы и, пытаясь припомнить как можно больше подробностей, начала объяснять:

— Это было в конце сентября, мы с Сасори и Дейдарой уже собирались возвращаться с учебы, как нас привлек шум с остановки. На Нарико очень агрессивно кричал её брат, и мы вступились за неё. Я проводила её до общежития. Потом мы как-то пересеклись, я предложила ей поработать у нас натурщицей на занятиях. Она приходила пару раз…

— Нарико была близка с Сасори?

Лицо Сакуры приобрело пепельный оттенок, резко побагровевший от непонятно нахлынувшего гнева.

— Мы вместе ходили на концерт…

— Двадцать второго ноября? — тут же перебил Учиха.

Он нервно перекатывал ручку по парте между рук, а его черные, вороньего цвета глаза-льдинки, казалось, считывали её вместо детектора лжи.

— Да, — вырвалось хриплым шепотом.

Итачи резко откинулся на спинку стула, устало протерев лицо рукой, сделав несколько нервных вдохов.

— А потом я как-то попросила Нарико сопроводить Сасори в больницу…

— Номер 3?

Харуно иронично усмехнулась, у неё складывалось такое впечатление, что детектив уже знал всю информацию и просто хотел подтвердить её для себя из уст девушки.

— Иными словами, все-таки Нарико и Сасори были близки?

Сакура не ответила, ревностным и злым взглядом смерив брюнета, что вытащил из портфеля лист в формате А4 и положил его рядом с семейной фотографией.

— Вам знаком этот человек?

Сакура чуть прищурила глаза. С изображения на неё смотрел платиновый блондин с зализанными назад волосами, держащий номерную табличку в анфас и в профиль.

— Да, это же брат Нарико, тот, с остановки.

Итачи смотрел чуть в сторону от девушки в одну точку и лишь кивнул на её слова, издав какой-то нервный то ли вздох, то ли смешок.

— Спасибо, Сакура, Вы очень помогли.

Итачи собрал все фотографии и уже хотел откланиваться, как девушка грубо перехватила его руку.

— Что с Сасори? Где он?

— Это конфиденциальная информация, но не волнуйтесь, с ним все будет в порядке.

Время пролетело слишком быстро. Пока Итачи болтал с соседкой-справочным бюро, заехал в университет, допросив бывшую девушку Сасори, и забежал в общежитие по указанному ей адресу, уже успело пройти почти два часа. Поэтому некоторые видоизменения участка не то, что поразили, скорее, шокировали детектива. Еще свежая кровь пятнами-звездами растекалась по стенам. В одну незамеченную лужу Итачи даже успел вступить, но, даже не покривив носом, продолжил идти по осколкам разбитого окна. На стуле в суетившемся участке сидел раненый и потрепанный Намикадзе, что сжимал пулевое ранение на плече.

— Вот теперь-то мне точно понадобится помощь хирурга, — рассмеялся блондин, пытаясь не унывать даже в такой ситуации.

Итачи бросил взгляд на стеклянную перегородку в коридоре, где несли носилки, на которых покоилось тело с платиновой зализанной назад шевелюрой. Учихе не нужно было ничего объяснять, он и все так понял.

— Ты молодец, Минато, — детектив похлопал коллегу по плечу, сжав, на что Намикадзе уже с серьезным, деловитым видом лишь кивнул. — Итачи, кое-что странное произошло.