– Гарри, брось эту официльщину, ведь мы одна семья! Я и Джинни так волновались за тебя! Мы слышали от Артура, что на вас утром напал Грюм, и сильно обеспокоилась. Он отличный аврор, но уж слишком перегибает палку. Раз ты в порядке, давай тогда я осмотрю Гермиону: мне, как матери, положено разбираться в медицине.
– Пока ничего страшного не предвидится, так что у меня нет причин для отказа.

– Я был бы вам очень благодарен за это, миссис Уизли. Нам с Гермионой пригодится любая помощь. Вы же не против, чтобы я понаблюдал за этим? Мне нужно учиться оказывать первую помощь.Раз вы - мой наставник, то моя обязанность - с радостью учиться всему, что вы умеете. Девочка сейчас спит, я пойду разбужу её, а домовик вас позовет.
– В случае чего, мы с Кричером вдвоем сможем помешать ей навредить Герми. Заодно и гляну, что за медицина у волшебников. Джинни, до того смирно сидящая в кресле и поглядывающая на меня, вскочила и недовольно выдала:

– Мам, а зачем ты будешь лечить лохматую? Мой брат умер из-за нее, пусть она тоже умрет! Это точно она сделала доброго и честного Гарри Поттера похожим на мерзкого слизня: Рон был в сто раз лучше, чем он.
– Есть контакт! Теперь я могу отказать рыжухе, и она вряд ли сможет возразить. Нарочито официальный тон, театральщина, холодность и легкое недоверие сделали свое дело: мелкая сорвалась и наговорила глупостей. А герои, каким я себя показываю, очень сильно не любят угрозы своим близким.

– Джинни, Гермиона была подругой твоего брата и ему бы не понравилось то, что ты о ней сказала. Он был бы очень зол, услышь это из уст своей сестры. Я прощу тебя, если ты извинишься, но сейчас мне неприятно находиться рядом с такой злой девочкой.
– После такого младшая Уизли меня точно возненавидит.

– Он прав, доченька. Ты сказала очень глупую вещь, и должна извиниться перед Гарри.
– поздно, из песни слов не выкинешь.

– Не буду я извиняться, тем более перед противным слизнем! Гарри-слизняк! Мама, пошли отсюда, он не стоит нашего общения: Малфой и тот симпатичнее будет.
– Боже, это было очень просто. Я готов расцеловать мелкую дурочку, язык которой стал моим спасителем.

– Джинни Уизли, а ну быстро извинилась перед Гарри!!! Как ты смеешь позорить нас перед героем магического мира?!
– громовой крик матриарха эхом отразился от стен гостиной, а моя злосчастная голова стрельнула болью. Растрепанная Гермиона выскочила из спальни с палочкой наготове, разбуженная криком.

– Миссис Уизли, что случилось?
– Сонная девочка пропустила все самое интересное, пока отдыхала.

– Мерзкая лохматая безродная, ты убила моего брата! Ты не должна жить с Гарри, ты его портишь!
– Мелкая продолжала жечь напалмом.

– Миссис Уизли, я не очень хорошо себя чувствую, да и вам нужно многое обсудить с Джинни, так что давайте продолжим завтра. Мне очень жаль, что мы сегодня не смогли позаниматься.
– Молли обязательно воспользуется шансом замять эту ситуацию, и лучше пусть я его предоставлю, чем она попробует перехватить инициативу.

– Да, Гарри, моя девочка просто встала не с той ноги. Она очень болезненно пережила смерть Рона, так что не обижайся на нее. Я завтра пришлю сову с конспектами моих детей, а послезавтра мы начнем занятия.
– Схватив дочь за руку, женщина кинула летучий порох в камин и с криком "Нора!" исчезла в зеленой вспышке. Я смог отвоевать независимость: оставить Джинни одну в Норе Молли не может, а их двоих даже самый светлый герой после такого шоу в своем доме не потерпит. Мы снова остались втроем и лично меня это очень даже устраивало. Гермиона, умытая и расчесанная, спустилась ко мне и принялась поедать тосты, макая их в баночку с яблочным джемом. А я опять задумался.

Одной проблемой меньше: рыжее семейство не появится в моем доме. Немытая носорожья задница отпустила меня из своих липких зловонных объятий, но я все еще в дерьме. С такими учителями и Волдеморта не надо, да и толковому ничему они меня не научат. Грюм со своей постоянной бдительностью мне не помощник: сейчас мне никто, кроме него, не угрожает, а пока жив Даблдор и я не сильно рыпаюсь, в общих чертах все будет идти так, как в каноне. Разве что василиск может быть проблемой, но это будет только через полтора года. Но Аластор меня уж очень напрягает, договориться с ним не получится, а убивать - опрометчивое решение...

– Гарри, так почему меня называют безродной?
– Упс, я что-то пропустил! Черт, забыл первое правило общения с девушками: всегда слушать их болтовню!

– Безродной... Я вообще заметил, что маги, в большинстве своем, не считают обычных людей ровней для себя. Эдакий нацизм по магически. Тебе не следует принимать это близко к сердцу, потому что ты на порядок лучше, чем такие "благородные" фамилии как Уизли и прочие чистодрочеры. Хотя они тоже правы: дети, проходящие из мира людей, не хотят узнавать и принимать традиции и этикет магов, чем портят авторитет всех магглорожденных. Я, хоть и воспитывался магглами в самом худшем смысле слова, стремлюсь понять, как устроено общество магов, а не сломать его под себя.
– ошарашенная моим длинным спичем, Гермиона призадумалась, но долго это не продлилось:

– Тогда нам нужно обязательно стать самыми сильными и уважаемыми колдунами, чтобы никто не мог нас посчитать ущербными. Я не хочу быть для тебя обузой, которая только то и делает, что мешает и влипает в неприятности. Ты герой, спаситель сотен тысяч людей, и раз ты мне нравишься, я должна быть достойна тебя.
– Такого мне никто никогда не говорил! Я сам не понял, как обнял её хрупкое тело. Тонкая, красивая шея просто не могла остаться без поцелуя. Девушка застонала и дернулась, когда мои губы коснулись кожи.