— Убьете? — Ханыч захохотал. — Как же! Вы после этого обряда будете не в состоянии самостоятельно слезть со столба. Не то, что поднять оружие. А про вашу магию я молчу. У вас не останется ни капли.

— Навсегда? — спросил Диан, прерывая разглагольствования некроманта.

— Что? — повернулся тот к нему, сбившись с мысли.

— Навсегда магия уйдет?

— Нет, но потом вы мне уже не помешаете, — усмехнулся некромаг. Потом зевнул. Помешал экстракт и улыбнулся. — Готово!

Экстракт черной лилии в готовом виде был снежно-белым. Ханыч прохаживался мимо жертв, делал надрез на запястье, наполнял чашу кровью и шел дальше.

Потом добавил экстракт черной лилии. Вылил в чашу содержимое нескольких бутылочек.

— Ну, наконец-то!

Зелье в чаше закипело. Некромант вздохнул и замер. Вначале зелье зашипело, начало плеваться разноцветными искрами, потом загустело и приобрело оттенок крови. Облегченно выдохнув, Ханыч подошел к камню и начал вычерчивать на нем руны вызова, потом провел мелом по заготовке, вычертив пентакль.

Раздался низкий гул, воздух над алтарем затрещал. Сгустилось облако черного цвета, по нему проскакивали серебряные искры. А потом внезапно облако прорвалось, и оттуда лезло что-то непонятное. Страшное на вид.

Ханыч гордо подбоченился.

— Вот он мой слуга.

— Какой я тебе слуга, смерд, — загрохотал демон, внезапно став точной копией некроманта. Только из глаз били маленькие алые молнии. — Мой слуга, это ты!

Гулко захохотав, Разрушитель что-то шепнул и махнул рукой. Лада на козырьке сжалась от боли. Заполненный резерв Бабы Яги показал ей, что творится. В нескольких местах начались извергаться вулканы, на океане поднялась огромная волна. Цунами, которое если дойдет до прибрежного королевства, то не оставит никого в живых. В городах возникли землетрясения, пока 1–2 балла. Судя по всему, дальше оно усилится. Планета стонала от боли, закрывая собой своих жителей. Демон рыкнул от неудовольствия и усилил напор.

Лада крутилась на козырьке, кусая губы в кровь. Меч богов в ее руках жалобно треснул, оставив рукоятку с одним куском. Длинным, острым. Вполне подходящим для того, чтобы все это остановить. Воительница дернулась, пытаясь спрятаться от боли, но вместо этого подкатилась ближе к краю. Неудачное движение, и она свалилась вниз прямо на алтарь.

Крик вырвался одновременно у всех безликих. Воительница вскинула голову, расширенные от боли глаза скользнули по друзьям, ни на ком не остановились. Она их просто не видела. Демон остановил волну разрушений, с удивлением глядя на старушку на алтаре. Та вскинула глаза на некроманта.

— Будь ты проклят, — выдохнула Яга. А потом внезапно вонзила кинжал сразу в свое сердце. — Простите, — услышали ее друзья.

Легонькое тело старушки на алтаре дрогнуло и… все. Ханыч шарахнулся от алтаря, как от бомбы замедленного действия.

— Труп? — спросил демон недоуменно разглядывая странную помеху обряду.

Тело Яги засветилось, а потом столб белого света вонзился в небеса, изменил свое направление и объял демона. Разрушитель ничего толком не успел сделать, как его тело загорелось изнутри. Горестный вой поднялся к небесам, и демона не стало.

— Яга! — Кай рванулась из цепей, те жалобно звякнули и распались, не выдержав буйства магии на таком маленьком пятачке. Принцесса рванулась к телу старушки на алтаре. Коснулась ее и отпрянула. Тело рассыпалось в пыль.

А вслед за ним, страшно взвыв от боли, тленом смерти покрылся и Ханыч. Некроманта не стало вслед за проклявшей его Ягой.

Они сидели в таверне. После вызова Разрушителя и его смерти прошли две недели. Две недели, в течение которых Кай и Отори не переставали плакать. Две недели, когда ни один безликий не отвечал на вызовы своей стихии. За всех потом ответил Айвен. Появившись в храме стихий и прямым текстом сказав, куда стихии могут идти со своими запросами.

Воплощения вняли. И временно отступились от безликих.

Вечером в последний день второй недели, все пятеро собрались в зале таверны. На следующее утро они собирались разъезжаться.

— Куда вы теперь? — спросил Айвен.

— Я домой, — Кай прикусила губу, чтобы снова не расплакаться. — Надо возвращать себе свое королевство.

— Я с ней, — Диан смотрел в стол. Не поднимая ни на кого глаза. — Помогу. Потом доеду домой. Поговорю с родными. Придется что-то решать.

— У тебя там проблемы? — спросил изумленно Шант.

— А то, — грустно улыбнулся демон. — Я из-за своей стихии очень быстро стал изгнанником. Хотя — наследник. Мне надо вернуться, чтобы показать, что я не слаб. Что чего-то стою. Кай потом поедет со мной. А вы?

Эльф вздохнул, вновь уткнулся взглядом в стакан.

— Домой. В свою страну. Король звал нас. Буду представлен двору. Откажусь от помолвки.

Отори подняла на него глаза.

— Я с тобой.

Шант кивнул.

— Айвен? — повернулась принцесса к урсаилу. Тот пожал плечами.