Однако отношения между нами были обречены….

Я прикусила нижнюю губу, что бы хоть как-то вывести себя из этих грустных воспоминаний. Зябко повела плечами. Я и забыла, что все еще в мокрой одежде.

Как только я переоделась в свои капитанские шмотки, сразу стало немного легче. Белая шелковая рубаха и бриджи из тафты, чулки и кожаные высокие с отворотами ботфорты. Сверху на рубаху одела корсет, но не тот, что как нижнее белье, и не тот каким душат себя местные придворные дамы. А из мягкой кожи и замши, со шнуровкой, что бы рубаха не разлеталась в разные стороны. На голову повязала любимую бандану. И венчал образ изящная фетровая треуголка, изготовленная на заказ в одном из восточных портов моим старинным другом портным.

Мне вообще почти вся одежда была сшита на заказ. Потому что вещи были мужскими, но нужен был маленький размер. Вот я и пожаловалась как-то тому портному. Он был в долгу передо мной и, желая отплатить за помощь, стал шить мне на заказ. Его вещи смотрелись на мне изумительно. И всегда были мягкие, уютные и невероятно удобные.

В дверь каюты постучали, а потом зашел Воевода и Тамаго. Они прошли и сели напротив стола, заваленного бумагами, долговыми расписками и судовыми журналами. Я, немного подумав, расчистила стол, поставила на него еще одну масляную лампу и вытащила из груды мокрых вещей, что были на мне при побеге две карты, те самые которые я свистнула с корабля адмирала в первую встречу. Разложила на столе перед мужчинами.

– Что скажите? – я села в кресло с другой стороны стола.

Тамаго сразу взял свернутые карты и стал пристально изучать. Крутил, вертел, разве что не лизнул, потом вскочил и заходил по каюте быстрым нервным шагом.

Вообще Тамаго был хоть и противным мужиком, но гением в навигации и картографии. Отпрыск аристократов, он до сих пор был бароном, но дороги судьбы привели его на мой корабль несколько лет назад.

Умный образованный мужчина скоро стал лоцманом. Один из самых опытных моряков, отлично знающий лоцию и морские карты. Прокладка курса и определение места нахождения корабля были весьма непростыми задачами. От навигатора или лоцмана требовалось умение пользоваться различными астрономическими инструментами, он должен был рассчитывать курс корабля и проводить его в наиболее опасных местах во время плавания. 

Нередко Тамаго единолично спасал наш корабль во время боя, направив шхуну только ему одному известным проходом между скал.

– Так, так, - наконец-то изрек Тамаго, - если я правильно понимаю, то это те самые карты.

Мы с Воеводой переглянулись ничего не понимающими взглядами.

– Вернее одна – та самая, а вот вторую кто-то очень мастерски восстановил, - продолжал разговаривать сам с собой лоцман.

– Тамаго, объясни же нам, наконец, в чем дело, триста акул тебе в глотку!!! – разозлилась я.

– Я лучше покажу, - загадочно улыбнулся барон.

Дальше он взял несколько книг из шкафа, и сделал из них две стопки. Поставив на стол книги, сверху положил стекло и карты. Одну на другую, совместив края, а под стекло запихал лампу.

Я начала догадываться, что эти карты не просто связанны между собой. Это ребус, две половины одной загадки.

Лоцман, тем временем, начал вертеть карты, подстраивая их друг под друга.

– Греметь мне вечно якорями! Чайка!!! Это же они и есть, бушприт твою в компАс!!! – вдруг заорал лоцман.

Мы с Воеводой сунули свои носы ближе к картам и увидели, что при наложении под определенным углом, на совмещенных картах вырисовывается очертания Океана Мглы.

А Тамаго видя понимание на наших лицах благоговейно прошептал:

– Каэтан - Дыхание Времен….

Я озадаченная села в свое кресло. Да я слышала эту легенду о драгоценном камне, который назвали Каэтаном, что переводится, как дыхание времен, но думала, что все это выдумки. Да и версий там столько, что черт морской ногу сломит, а до истины не доберется.

– Морская болезнь лишила тебя последних мозгов, что ты несешь?
– скептично фыркнул Воевода.

– Я вам сейчас все расскажу, - заверил барон, - Есть легенда про драгоценный камень рубин.

Я уселась поудобнее и стала слушать.

– Бывало, бард-путешественник споет в придорожном трактире о таинственном камне Богов, будто-бы дарующий им бессмертие. Или пилигрим поведает про драгоценность, обладая которой, избавишься от всех хворей. Правда ли, вымысел, но даже в старых книгах закрытой кетильской библиотеки и в редких собраниях Саффир-Шаха в Эллестине можно прочесть про некий камень – Каэтан. И свойства ему каждая легенда приписывает самые невероятные. Будто бы он может воскресить мертвых, вернет утраченную молодость или даже дарует жизнь неодушевленным предметам. Мало кто верит в его существование, но находятся безрассудные искатели приключений или такие, которым уже не чего терять, что пускаются в странствие на поиски этого чуда. Что за судьба их встречает, не знает никто, но поговаривают, что этот камень еще называют Кровавым Каэтаном, толи потому что это ярко красный рубин, толи потому что несет он смерть вокруг себя. Я слышал, что у камня этого есть Дух-Хранитель – черная Тьма – Сурта.

– Так вот с этого места поподробнее, - насторожилась я,

– И какое отношение это все имеет к картам? – уточнил Воевода.

– А к картам это имеет самое прямое отношение. Я склоняюсь к той версии, что карты эти при совмещении показывают очертания Океана Мглы. А рубин показывает на картах координаты, по которым можно преодолеть Океан. Может, конечно, он и еще что умеет делать, но этого я уже не знаю.

– Вот черт! – после длительной паузы только и выдала я, - Тамаго, ты свободен. Я хочу поговорить с Дорианом.