– И все-таки, - нахмурился Марк, - почему ты со своей женщиной здесь, а не в Равэнне?

Лучше бы Наилий не слышал этого вопроса. Себе объяснить не мог, а Марку тем более. Не подходили они с Куной друг другу, как детали злополучной кроватки. Вроде все ясно, а никак не соединить.

– Помнишь легенду о половинках, что рассказывала матушка?

Сципион кивнул, а потом нахмурился, вглядываясь в лицо друга.

– Стой, не может быть. Не она?

– Чужая, да, - подтвердил Наилий и взялся за деревянные планки. «Соедините пятую с шестой, как показано на рисунке».
– И я знаю, чья. Боец из моей личной охраны. В особняке служит.

– Рваная гусеница на танке, даже так? Ребенок-то хоть твой? Тест на отцовство сделали?

Наилия дернуло, но он ответил коротко и зло:

– Мой.

И плевать на ужас в глазах друга. Не до ущемленной мужской гордости. Половина офицеров на его месте выставили бы Куну за дверь, раз любовник на горизонте маячит, и она все равно к нему уйдет. Подпись в документах на признание отцовства, паек от муниципалитета и свободна. Строй свое счастье. Но Наилий не мог. По крайней мере, сейчас.

– Да уж, ситуация - хмыкнул Марк, пощипывая бакенбарды.
– Нет, я понимаю, зачем ты её на другой материк притащил, но не проще ли было мальчишку выслать на север? Или где у тебя самое забытое несуществующими богами место в секторе?

– Жалость взыграла, - выцедил Наилий, нервно вворачивая болт шестигранником, - и совесть заела. Я свою единственную терпеливо жду, а чужую судьбу ломаю. Развел их пока по углам, посмотрим, как вселенная сподобиться свести вместе. Сколько циклов на это потратит? Или она только меня ненавидит, а к другим благосклонна?

Марк сел ближе и помог удержать наполовину собранную конструкцию. В схему уже не смотрел, болты подавал те, что попадались под руку.

– Тогда здесь Куну оставляй. Не до выздоровления и финала легарской компании, а насовсем. Не волнуйся, я присмотрю. Детский врач нужен? Пришлю своего. Вещи, продукты, что угодно. Даже не думай отказываться, я корыстен. Тебя, равнинный беглец, теперь в горы на буксировочном тросе не затащишь. А так я хоть видеть тебя начну чаще.

Заманчивое предложение. Много проблем за раз решались. Болтаясь в космосе и на чужих планетах - не все ли ему равно, как далеко сын будет от Равэнны? Вернется - навестит. И отчим раньше времени не заставит Дариона называть себя «папой». А потом, когда Куна уйдет, не придется волноваться, где они будут жить. Дом есть. Нужно передать его в муниципалитет Нарта и пусть они его обслуживают: завалы на дорогах чистят, дрова привозят. Гражданские, конечно, будут возмущаться, не нужна им такая обуза. Но Сципион на них управу найдет гораздо быстрее, чем генерал из чужого сектора.

– Хорошо, так и сделаем.

– Отлично, - просиял Марк и от радости до хруста затянул болт на почти собранном каркасе.
– Снова будем соседями. Как поправится Куна, в гости с ней и сыном приезжай. Понимаю, что не скоро, такую операцию на дому пережила. Мощный у тебя все-таки полевой хирург. Тот самый, что из либрария переучился, да? Поощрить бы бойца. Капитана дашь?

Публию бы отпуск недели на две и чтоб никто не дергал. Загонял его командир, из хирурга акушером сделал. Лейтенант у стола почти подвиг совершил, а поощрить за это нельзя. Разве что проплатить оборудование, которое в центр просил, а со званием - беда.

– Рано еще Публию капитана, - ответил Наилий, закручивая ножки у кроватки.
– Молодой слишком, только во вкус вошел, руку набил. Боюсь, испорчу званием. Получит капитана, сядет в кабинет отчеты составлять, а кто меня после ранений зашивать будет? Я ведь тоже корыстен.

– Еще бы, - усмехнулся Марк и помог донести собранную кровать до её места у стены.
– Ну, теперь закончили? Можно Шуи заваривать?

– Нужно, - согласился Наилий.

Подарки генерала девятой армии пришлись очень кстати. Аттия убрала сшитые наспех пеленки, и помогал переодеть Дариона в нормальную детскую одежду. Распаковывать сумки до конца не стали, ждали, пока мужчины закончат с гостиной и туда можно будет переехать. Куну тоже переодели, нашлась хорошая сорочка для кормящих, а с размером при таком свободном крое сложно было промахнуться.

Публий разрешил вставать, но из кухни никуда не пускал, поэтому взрывы смеха из гостиной она слушала через две двери, а потом возвращалась на диван. Хозяева двух секторов пили и праздновали рождение нилота. Так называли всех генеральских сыновей, и только у первого добавляли «старший». Для красоты, конечно. Наследники канули в бездну вместе со старой Империей. Генералы не получали власть по наследству, а выигрывали в поединке. И сколько бы женщин не родили Наилию детей, следующим генералом станет тот, кто его убьет. Зачем тогда сыновьям бремя золотых погон отца? Куна не понимала.

Пока ходила беременная, смирилась, что Дариона заберут в училище, едва он отсчитает седьмой цикл с рождения. Настроилась, что переживет. Регина ведь смогла. Но сейчас, прижимая младенца к груди, не представляла, что отдаст. Помнила каждый шрам на теле Наилия. Бугрящиеся белые рубцы, косыми линиями перечеркивающие грудь, спину, плечи. Столько раз мог погибнуть и выжил. Герой. Но какая мать захочет таких «украшений» для своего сына? Как будет ждать его из командировок в космос, не зная, сам вернется или вынесут из десантной капсулы на руках?