– Куна, а почему на рабочую почту приходят личные сообщения для тебя?
– строго спросила Регина.

– Н-не знаю, я этот адрес нигде не указывала.

От дурного предчувствия в животе похолодело. Неясная тревога нарастала мерным гулом летящего за лесополосой транспортника. Вертишь головой, пытаясь найти, и не видишь откуда появится.

– Там защита стоит, - проворчала старшая смены, - перешлю, сама открывай. И чтоб больше такого не было! Свои личные проблемы решай дома.

– Да, конечно, извини, Регина.

Основательно засекретили послание. Адрес отправителя скрыт, в теме письма её имя и открыть можно только по отпечатку пальца. Неужели доигралась, и кто-то из властей пожаловался на слишком назойливую родственницу пациентки? Кого она могла так задеть своими просьбами? Какую инструкцию нарушить? Вдруг там очередной штраф или наказание? Неужели с работы выгонят, раз сюда прислали.

Куна чуть не уронила портативный сканер отпечатков, пока подключала его к пульту. Вытерла влажную ладонь о юбку и коснулась сканера большим пальцем. Возле письма нарисовалась зеленая галочка, и открылся текст.

«Дарисса Куна, повторно направляем вам уведомление об одобрении вашей заявки и напоминаем, что встреча состоится сегодня в холле гостиницы «Тарс».

Буквы поплыли перед глазами. Какая встреча? Какая гостиница? Куна пролистала просьбу выучить и сообщить охране коды допуска от каждого раздела заявки, машинально открыла вложение и только потом нашла подпись: «Центр репродукции».

Любопытные сменщицы косились через плечо Куны на экран, вытягивая шеи. Шепоток пронесся по диспетчерской и разбился об недовольное фырканье Регины.

– Тихо! Работы мало? Сейчас найду.

Куна почувствовала, как жар заливает лицо, вспыхивая алым на щеках. Лишь бы никто в диспетчерской не понял, что произошло. Бюрократия у военных еще хуже, чем у гражданских. Плевать в центре репродукции хотели на примечание к анкете. Приняли, обработали и одобрили. Куда теперь звонить, чтобы отказаться? Несуществующие боги, какой же дурой она себя выставила!

Напишет отказ с рабочей почты даже под своим аккаунтом и завтра об этом узнает весь речной порт! Едва перестали трепать её имя после инцидента с севшим на мель Беркутом, а такую новость будут помнить до следующего цикла! Куна попробовала удалить ненавистное письмо, но защита встала непроницаемой стеной, не поддаваясь на все известные уловки. От стыда хотелось забраться под пульт и не вылезать оттуда, пока назначенное время встречи не пройдет. Глупо и так по-детски. Нашли ведь её на работе и кто знает, не придут ли в следующий раз прямо сюда, чтобы волоком потащить к генералу. Весь сектор знает, что ни одного нилота нет, так почему Его Превосходству приспичило именно сейчас?

– Регина, а ты не можешь удалить письмо?
– прошептала Куна.

– Нет, не могу, - отмахнулась старшая смены, а потом вдруг уставилась в экран.
– Погоди, кнопка пересылки появилась. Давай к тебе сброшу?

– Давай. Спасибо.

До утренней пересменки как на раскаленных иглах и вслушиваясь в каждый шепоток. Казалось, что все уже знают и обсуждают только это. Едва поставив подпись в журнале, Куна убежала из диспетчерской, не оглядываясь. Слонялась по кварталу, забредая в тупики и не узнавая мест. Изрядных гадостей наговорила генералу в примечании, во всех бедах обвинила, а он встречу назначил. Нет, не может быть, это ошибка специалистов центра репродукции, халатность. Любой нормальный цзы’дариец обходил бы Куну стороной и уж тем более не думал о близости. В голове не укладывались рядом жалобы на несовершенство законов и зачатие ребенка. Такую издевку захочешь - не придумаешь. Надо позвонить и разобраться с недоразумением.

Куна ворвалась в кафе и металась возле очереди к терминалам, пока официантка не спросила, что случилось.

– Мне нужно позвонить. Срочно!

Старшая шумно дышала носом и кусала губы. В глаза лезли выбившиеся из прически пряди, а форменная юбка перекрутилась шлицей вперед.

– Терминалы заняты, - тихо и даже ласково сказала официантка, - но если это важно, то можете взять мой планшет и гарнитуру.

– Очень важно, пожалуйста, дарисса.

Ни в одной инструкции в обязанности официантов не входила помощь перепуганным посетительницам. Куну могли вежливо попросить подождать в зале или на улице, но дарисса с такими же темными кругами под глазами от постоянного недосыпа, просто улыбнулась и протянула гарнитуру.

– Возьмите. Какой номер набрать?

Куна не помнила, вернее не заучивала, а письмо с телефоном центра репродукции теперь без очереди не открыть, придется ждать. И снова за свой глупый порыв стало стыдно.

– Я не помню, извините.

– Скажите хоть куда, - не сдавалась официантка.

– В центр репродукции.

Дарисса снова улыбнулась и склонилась над планшетом, быстро набирая цифры.

– У меня двое детей от искусственного оплодотворения, я знаю телефон наизусть.

Куна благодарила, смущаясь и краснея, пока гудки в гарнитуре не сменились приветствием. Номер анкеты она чудом запомнила. Пятьдесят первый. Даже если с начала цикла, то не так уж и много желающих нашлось родить генералу.

– Дарисса Куна? Прекрасно, что вы позвонили, - радостно ответил оператор, - встреча сегодня, а мы не могли вас найти. Его Превосходство ждет, пожалуйста, не опаздывайте.

– Я хотела отменить...

– Перенести?
– замешкался оператор, явно не ожидая такой просьбы.
– Вам неудобно сегодня? Встреча всего одна, сожалею. Если вы отказываетесь, то заявку придется подавать заново.

Старшая должна была ответить: «да, я отказываюсь», за этим сюда пришла, но стояла и молчала. Если фраза: «Его Превосходство ждет», не просто вежливый оборот, то был крохотный шанс, что примечание к анкете Наилий все-таки видел. И после этого назначил встречу. Аудиенции по личным вопросам у генерала можно ждать циклами и потерять терпение, такой длинной была очередь, а Куну пригласили сегодня. Так ли уж важен повод прийти, если тебя готовы слушать?