— Как искренне! — насмехается надо мной тот, кого подельники называют «Клайвом». — Прям взяли и поверили все. Рони, я предлагаю оставить ее с пареньком наедине на пол часика, чтобы по душам поговорили, а потом мы вернемся, и, если по-прежнему будет молчать, шмалянем обоих.

— Отличная идея, Клайв. Пусть голубки поворкуют. В последний раз, — ухмыляется один из посетителей. — Тащи сюда блондина.

Я слышу сдавленный стон, доносящийся откуда-то справа и глухой звук, похожий на тот, когда тащат что-то тяжелое. Тупой удар и снова стон, но на этот раз более громкий и мучительный.

— Ну что, засранец, уговоришь свою суку язык развязать? Если получится, то убью быстро, — великодушно пообещал Рони. Несмотря на спутанное сознание и шок от адской боли, я начала различать голоса посланников Саймона. В голове никак не укладывалось, за что он так со мной, и о чем я должна рассказать его людям?

Я слышу, как они удаляются, как скрежещет металлическая дверь и опускается снаружи тяжелый засов. В помещении, где я лежу, подыхая от боли, становится неимоверно тихо и темно.

— Лиса, — слышу я хриплый шепот Итана и, встрепенувшись, поворачиваю голову на его голос. Отекшие веки давят на глазное яблоко и кроме черно-красных разводов перед глазами, ничего не вижу. То, что он жив, наполняет меня смутной надеждой и впрыскивает адреналин в кровь, сердце ускоряется, и я пытаюсь шевелить губами.

— Да…

— Живая, — выдыхает он с облегчением. — Кто эти люди, Лиса? Что ты им сделала?

— Не знаю, — всхлипываю я, и тут же стону от очередного болезненного спазма.

— Ты уверена, что ничего из того, в чем они тебя обвиняют, не сделала?

Я мотаю головой, не зная видит ли он меня. Новая волна шока накрывает меня, но приносит неожиданное облегчение, вроде анестезии.

— Он просил меня предоставить данные об одной сделке. Я помогла.

— Кто — он?

— Саймон Галлахер, тот мужчина, о котором я говорила. Он содержит меня последние четыре года.

— Ты дала ложные данные?

— Нет. Нет. Я бы не стала…

— Судя по всему, твоя информация была неверной.

— Я не понимаю, как так произошло. Меня подставили.

— Черт… — я слышу тяжелых вздох, а потом молчание. Слишком долгое. Липкий ужас сковывает меня с головы до ног.

— Итан, — жалобно скулю я.

— Да, — отзывается он, и я выдыхаю.

— Как ты?

— Х*ево, Лиса, — получаю предельно-честный ответ. — Ты даже не представляешь насколько.

— Нас убьют?

— Похоже на то.

Я отчаянно заплакала, слушая все те же булькающие звуки в груди, и глотая собственную кровь. Никто не хочет умирать вот так… в крови и грязи, в каком-то грязном амбаре, обвиненный в том, что не совершал. Мне столько всего пришлось пережить, и ради чего? Чтобы закончить вот так? Здесь?

— Я неправильно жила, Итан. Я плохой человек. Это моя кара, — произношу я.

— Перестань, сейчас нужно собраться с мыслями и подумать, как можно исправить ситуацию.

— Мне кажется я убила двоих людей, Итан, — выдыхаю я, ощущая острую потребность исповедоваться. Если я сейчас умру, то не могу унести с собой все грехи о которых молчала долгие годы.

— Сейчас это неважно, Алисия. Ты слышишь меня? — резко спрашивает он.

— Я работала в элитном борделе для избранных, и Саймон именно там меня нашел. Купил, понимаешь?

— Лиса…

— Итан, я не могу умереть. Мне страшно, — я снова начинаю рыдать и мое тело сотрясается от дрожи. Мне холодно и мучительно больно.

— Ты не умрешь. Я знаю, кто может нам помочь, но он ничего просто так не делает. Мне стоит только назвать его имя, и все закончится. Этим парням потребуется минута, чтобы удостоверится, что мы под его защитой.

— Все, что угодно…

— Лиса, тебе придется работать на него, если он вытащит наши задницы. Услуга за услугу.

— Проституция? — угасшим голосом произношу. Чувствуя укол в сердце от того, что именно Итан предлагает мне подобное.

— Нет, — коротко отвечает он.

— Тогда я не понимаю, почему ты до сих пор молчал?

И когда трое ублюдков возвращаются, переговариваясь между собой и гнусно хихикая, описывая, как именно и как долго будут убивать нас, Итан подает голос первым.

— Она сказала мне имя.

— Молодец, парень. Легкую смерть ты заслужил. Сама скажет или ты?

— Рэнделл Перриш. И сейчас он уже на пути сюда, потому что у нее на одежде жучок.

Имя моего бывшего босса прозвучало, как контрольный выстрел, который попал в цель, и, если бы я могла выбирать… то выбрала бы пулю в лоб от наемников Саймона. Страх помешал трезво мыслить, пазл не складывался, и ужас отключил все защитные механизмы моего организма, или напротив, сыграл мне на руку. Я не знаю, что ответили похитители на бесстрастный выпад Итана, происходящее перестало иметь значение, сознание отключилось, погрузившись во тьму.