– Ты думаешь, что нам удастся скрыть мое состояние от всех до самого конца?

Она кивнула.

– Я разработала несколько очень интересных нарядов. В Венеции они будут последней модой, потому что я буду носить их! И все будут считать, что они сшиты специально для того, чтобы скрывать мою беременность, о которой я буду говорить на каждом углу!

– Харриет, ты чудо!

– Моя крошка, это будет моя самая удачная роль! Жаль только, никто не поймет, как замечательно я сыграю ее! Ирония судьбы, дитя мое!

– Не знаю, что бы я без тебя делала! Я думала об этом, пока ехала сюда! О, Харриет, что бы я делала без тебя?

– Ну, всегда есть какой-то выход из положения, но я рада, что рядом и могу помочь тебе! Вообще, во мне хорошего довольно мало. Ты мне нравишься и всегда нравилась, и я задолжала твоей матери за то, что она присматривала за Ли! Кое-что я задолжала и твоему отцу за его презрительное отношение ко мне и его отказ быть мне другом, поэтому мне доставляет огромное удовольствие, что его дочери я ближе, чем он сам! У меня много причин - некоторые из них, как это часто бывает, слегка недостойны, но, я думаю, что все-таки главной из них является моя любовь к тебе! У меня никогда не было дочери, а мне следовало бы иметь ее. Дочь для меня значила бы то же, что сын - для отца, что Карл - для твоего отца, например. Видишь ли, мне хотелось бы, чтобы она была похожей на меня, как говорится, сделанной по моему образу и подобию. Это тщеславие присуще всем женщинам и почти превосходит тщеславие мужчин. Но вернемся к делу, ведь есть еще Кристабель!

– Отец настоял на том, чтобы она поехала со мной: я должна продолжать свои занятия! Она кивнула.

– У него свой интерес к Кристабель...
– Ее рот скривился в презрительной улыбке.
– Ну что ж, она здесь, с нами: либо она едет, либо нет - надо решать! Она догадывается о чем-нибудь?

– Если и догадывается, то этого не показывает. Харриет немного помолчала, после чего задумчиво произнесла:

– Проблема! Я не доверяю ей.

– А я понимаю ее: у нее было несчастливое детство, а потом она надеялась, что Эдвин женится на ней. Это ожесточило ее!

– Меня раздражают люди, которых смогла озлобить жизнь! Если им не нравится положение, которое они занимают, почему бы им не попробовать изменить его?

– Не все обладают твоей изобретательностью, Харриет, не говоря уже о твоей красоте и очаровании!

– Ты умеешь польстить. Конечно же, ты права, и нам не следует слишком жестоко обходиться с Кристабель, которая, к сожалению, не обладает "моим умом, красотой и очарованием!"

– А это означает, что ей придется все рассказать! Харриет пожала плечами.

– Подождем, пока не приедем в Венецию, и постараемся потянуть время как можно дольше - скажем ей в самый последний момент!

***

Предстояло долгое путешествие, но нас ждали новые страны, поэтому мы об усталости не думали. Мы пересекли Ла-Манш и, проехав через всю Францию, прибыли в город Базель. У Харриет во Франции было множество друзей, ибо перед тем, как присоединиться к моей матери в замке Конгрив, она долго ездила по стране, и большинство ее друзей были актерами. Некоторые из них теперь разбогатели, и мы часто останавливались в больших замках. Порой мы гостили там дня по два. Грегори сопровождал нас и был добр и внимателен, что очень помогало, так как иногда путешествие начинало утомлять и раздражать нас. С нами ехали двое слуг, поэтому защитой в случае чего мы были обеспечены.

Перед отъездом из Англии Харриет написала моей матери письмо, в котором сообщала, что, похоже, в скором времени у нее будет ребенок. Перед тем, как отослать, она дала мне прочитать его.

– "Конечно, моя дорогая Арабелла, ты, понимаешь, я совсем в этом не уверена, но материнские чувства во мне сейчас поистине бушуют. Грегори, мой милый дурачок, тоже вне себя от счастья. Будь я хоть чуточку поумнее, я, скорей всего, отменила бы это путешествие, но, ты же меня знаешь, я всегда была взбалмошной особой".

– Вот так, - сказала она, запечатывая письмо.
– Первый шаг сделан.

В замке неподалеку от Базеля я посвятила в нашу тайну Кристабель. Мне пришлось это сделать: я стояла возле трюмо, как вдруг потеряла сознание.

Через пару минут все прошло. Кристабель помогла мне добраться до кровати и с беспокойством наблюдала за мной, пока я лежала без сознания. А когда я открыла глаза, то поняла, что она обо всем догадалась.

– Ты поняла?
– спросила я.

– Последние две недели я все думала, права ли я или все-таки ошибаюсь?

– Ты догадывалась?!

– Ну, та ночь, когда вы остались на острове...
– Она пожала плечами. Были признаки... Но, Присцилла, тебе ни в коем случае не следовало ехать сюда!

– Вот именно, из-за моего положения я здесь и нахожусь!

– Ты имеешь в виду, что Харриет...

– Да, эта мысль принадлежит Харриет! Она первая узнала об этом: я обратилась к ней, потому что не знала, что делать.

– Я могла бы помочь!

– Каким образом?

– Ну, я что-нибудь бы придумала...