– Она посчитала, что Кристабель подходит на роль воспитательницы.

– Ах, Арабелла! Ну, Присцилла, я думаю, открою тебе один секрет - мисс Кристабель завидует тебе неспроста!

– Завидует? Мне?!

– Я чувствую это! Откуда она приехала, говоришь? Из Уэстеринга? Отец ее был священником?

– У нее было очень несчастливое детство!

– Вполне возможно...
– сказала Харриет.
– Ну, моя дорогая Присцилла, пора спать! Спокойной ночи!

Она нежно поцеловала меня.

Спала я плохо. Я была слишком взволнована и с таким нетерпением ожидала следующего дня, что не могла думать ни о чем другом.

***

На следующее утро я встала на рассвете. В воздухе висела легкая дымка тумана, а ветер, что бушевал ночью, утих. Мы договорились, что выезжаем в полдень, и Харриет сказала, что корзину с едой нам подготовят к этому времени.

Я боялась, что, находясь возле Джоселина, я не выдержу и выдам свои чувства, поэтому изнемогала от нетерпения, ожидая того часа, когда мы, наконец, вырвемся из этих оков и сможем свободно поговорить друг с другом.

Спустя несколько минут после того, как пробило одиннадцать, я поднялась в комнату подготовиться к поездке. Выглянув в окно, я вдруг заметила, как Кристабель говорит с одним из садовников. Они смотрели на небо, и я поняла, что предметом их обсуждения является погода. Я очень переживала за то, чтобы ничего не помешало нашей поездке, ведь вскоре Джоселин пересечет Ла-Манш и тогда, кто знает, когда я увижусь с ним снова?

В половине двенадцатого в комнату вошла Кристабель.

– У меня ужасно болит голова, - сказала она, - с самого утра. Я надеялась, что все пройдет, но боюсь, стало лишь хуже.

Я почувствовала смутную тревогу. Она имеет в виду, что слишком плохо себя чувствует для поездки? И опасения мои вскоре подтвердились, ибо она продолжала:

– Присцилла, ты не будешь возражать, если я...

– Ну конечно, если ты себя плохо чувствуешь, можешь не ехать, - быстро проговорила я. Ее лицо приняло озабоченное выражение.

– Вот, сейчас...
– слабо произнесла она. Это было впервые, когда она сказала, что не совсем здорова.
– В прошлом у меня случались головные боли, продолжила она, - Ужасные, ослепляющие боли! Я думала, что, когда вырасту, все станет на свои места. Последний приступ случился год назад. Мне пришлось лежать в затемненной комнате, пока не прошла боль.

– Иди к себе и сейчас же ложись, - сказала я.

– Но это такая жертва с твоей стороны: ты же хотела поговорить с Джоселином!

– Я в любом случае поеду!

Она была поражена, да, признаться, я и сама себя удивила. Еще буквально несколько дней назад я была уверена, что никогда не останусь с молодым человеком наедине. Я вспомнила наш с Харриет разговор: Харриет бы поехала, она знала, как жить. Если я упущу эту возможность остаться с Джоселином наедине, возможно, я буду жалеть об этом всю оставшуюся жизнь. Я твердо решила ехать.

Джоселин был безумно рад этому, что можно было видеть по его сияющему лицу. Он с корзинкой в руках подошел ко мне, и вместе мы направились в сторону берега моря.

– У меня не хватает слов, - сказал он, - но ты знаешь, что я сейчас чувствую!

– Я чувствую то же самое.

– Столько надо рассказать!

– Подожди, пока не приедем на остров.

– Но сейчас нас никто не слышит!

– Я чувствую себя так, будто мы в постоянной опасности, пока мы находимся здесь, - ответила я.

Мы сели в лодку. Остров был еще виден, но горизонт был затянут дымкой.

Джоселин начал мерно грести, и меньше чем через полчаса днище лодки царапнуло песчаный берег острова. Неясные его очертания в этом сероватом свете действительно наводили на мысли о привидениях.

Джоселин взял мою руку и помог мне сойти на берег, после чего он крепко прижал ее к себе и поцеловал. Я украдкой оглянулась по сторонам, и он весело рассмеялся:

– Присцилла, здесь никого, кроме нас, нет!

– Я так боюсь за тебя!

– Но мы здесь, и одни!

– Я боюсь того, что вскоре должно произойти! Он вытащил лодку на берег, и мы начали подниматься вверх по склону к развалинам аббатства.

– Вскоре я уеду во Францию, - сказал он, - но там я буду в безопасности! Ты должна поехать со мной!

– Мне никогда этого не разрешат.

– Я обсудил это с Харриет. Мы могли бы пожениться, и тогда ты бы смогла поехать со мной!

– Мои родители никогда не согласятся на это!