Потянувшись назад, я схватила его бедро и принялась насаживаться на Ника медленными, эротичными движениями, впиваясь ногтями в его напряженные мышцы ноги. Он поцеловал мое плечо, и когда его нога обвила мою, он вошел в меня полностью. Спокойно, нежно, лениво. Без боли, лишь с удовольствием, пока мы лежали бок о бок.

Его рука двинулась от моей груди к развилке ног, и волшебные сильные пальцы скользнули нежными, словно перышко, прикосновениями по клитору. Плавное раскачивание расслабляло меня, вводило в какой-то эрогенный транс, и я поймала себя на том, что встречаю каждый толчок, как хорошо отлаженный механизм — идеальный механизм, который подходил под каждый толчок и давление, словно волны, накатывающие на берег. Поднеся руку к моему лицу, Ник скользнул двумя пальцами мне в рот, позволяя испробовать свой собственный вкус. Пока я сосала их, его толчки ускорились. Стали резче. Он крепко удерживал мой подбородок, пальцы все еще были у меня во рту прежде, чем его рука вернулась назад к моему паху и принялась потирать клитор.

Закрывая глаза, я приняла легкие поглаживания, которые наполняли меня с каждым шлепком сзади, пока мой мозг рисовал живую картину того, как мы должны выглядеть с высоты: его тело оплетено вокруг моего, вколачивается в меня, мое тело выгнуто, парализованное его захватом. Жар обжег мышцы, голова откинулась назад, а его подбородок уткнулся в мое плечо, губы потирались о мое ухо.

— Ты станешь моей погибелью, Обри, — Ник прошептал мое имя с придыханием, с силой, что сокрушала мою защиту. — Я хочу больше тебя. Не могу остановиться. Я хочу остаться в тебе навсегда.

— Ник, не останавливайся. Пожалуйста, не останавливайся. — Мои стенки сжимали его с каждым глубоким погружением, и я радовалась тому, как могла контролировать свои мышцы. Его запах проникал в мои легкие, теплый пикантный одеколон смешивался с густым ароматом секса, что обжигал мои мышцы напряжением, пока я цеплялась за край. Желудок сжался. Жар сновал лизнул мое тело, дикий огонь похоти расползся по венам.

Глаза закрыты, но я видела вспышки света, которые сотрясали тело. Ослепляющее удовольствие затягивало в себя, покрывая мои разгоряченные мышцы прохладным покалывающим ощущением, что оставило меня в оцепенении, без сил. Я выкрикнула его имя, и когда Ник вышел из меня, мое тело содрогнулось, вдохи прерывали мои стоны и проклятья.

Мы лежали и дышали, просто тяжело дышали.

— Мне так тепло. Так хорошо. Никто и никогда не заставлял меня почувствовать себя так хорошо за всю мою жизнь. — Я хотела рассмеяться и заплакать после своего признания, от грусти и жалкой правды, что незнакомец — мужчина, которого я знала только пару недель — показал мне больше радости, чем любой другой мужчина, с которым я когда-либо была. Меня так долго использовали, что я забыла, какое удовольствие может приносить секс.

— Я сотру в порошок любого ублюдка, который когда-либо коснется тебя хоть пальцем, — его сонный голос прозвучал похожим на пьяное бормотание, когда его рука сжалась вокруг моего тела, словно он клеймил то, что теперь принадлежит ему. — Я убью за тебя.

В его кровати, посреди тьмы, разрухи, бардака, он излечил меня. Его нежные руки деликатно складывали кусочки меня, которые распались и разлетелись от потери надежды. Лежа рядом с Ником, слыша успокаивающе постукивание капель дождя по окну, я почувствовала себя цельной.

Глава 33

Ник

Опьяняющий запах секса и сладость сахара наполнили спальню, когда я открыл глаза слабому солнечному свету, что пробивался через темные занавески. Пот каплями покрывал тело, делая очевидным каждое дуновение октября через окно, которое, наверное, открылось ночью. Прикасаясь к моей коже, прохладный воздух остужал жар, что горел внутри меня.

Я не спал так хорошо уже вечность, и даже при этом каждая мышца в моем теле была истощена, словно я прошел через битву и лежал в послевоенных руинах. Сладкий цветочный запах усилился, длинные шелковистые пряди защекотали мое лицо, и мягкая кожа скользнула под кончиками пальцев, когда я провел ладонью по гладкому изгибу тела женщины, лежащей рядом со мной. Мне пришлось поднять голову с подушки, чтобы поверить, что это была Обри Каллин.

Обри.

Какого хера?

Я не кончал в женщину уже годы.

Она поерзала рядом со мной, выгибаясь и потягиваясь, пока я ласкал изгибы ее тела, нуждаясь в ее прикосновении, дабы убедиться, что она не очередной сон. За последнюю неделю у меня их было слишком много.

— Мммм, доброе утро, — замурлыкала она.

Я убрал волосы с ее уха и прошептал:

— Прими со мной душ.

С улыбкой и кивком, она перекатилась на спину и потянулась.

— Чувствую себя потрясающе.

Я сделал это с ней? Я потер лицо рукой и поднялся с кровати, направляясь в ванную. Включив душ, повернулся, увидев, что она стоит обнаженная и идеальная в дверном проеме.

Она склонила голову набок.

— Кто такой Алек?

Электрический разряд выстрелил в моем теле.

— Что?

— Ты… говорил во сне вчера. Сказал, что Алек тебя убьет.

— Алек — никто, — я повернулся и ступил в кабинку, надеясь, что мне не придется говорить что-то, чтобы сменить тему, и о чем я позже пожалею. Я поманил ее к себе.

Она коснулась рукой моей груди, не глядя в глаза.

— Ты загадка, Ник. Я чувствую, что никогда не узнаю о тебе всего, — ее глаза встретились с моими. — И это нормально. То, как ты заставляешь меня себя чувствовать… — она улыбнулась и кивнула, — это нормально.