Поджав губы, Колер приблизился к ученику и, присев на его койку, бегло приложил тыльную сторону ладони к его лбу — почти обжигающе горячему.

— Проклятье, — процедил сквозь зубы Бенедикт.

— Я не ленюсь, я наколю дров, матушка, просто я хочу делать дела последовательно. Закончу здесь и сразу примусь за работу, хорошо? — вдруг пробормотал ученик, подняв на наставника почти невидящий взгляд.

— Киллиан? — обеспокоенно обратился он.

Вместо ответа молодой человек вновь надсадно закашлялся. Голова его несколько раз повернулась из стороны в сторону, с губ сорвался тяжелый стон.

Колер, сжав кулаки, бегло метнулся к двери. Поймав за рукав рясы первого проходящего мимо жреца, он с пылающими злобой глазами, процедил сквозь зубы:

— Зови сюда жреца Морна, слышишь? Немедленно!

Растерянный молодой человек лишь бегло закивал, постаравшись украдкой заглянуть в комнату, однако, натолкнувшись на взгляд Бенедикта, поспешил по коридору к лестнице.

Карл Бриггер остановился перед дверью комнаты, отведенной старшему жрецу Кардении и его ученику, чуть оправил одежды и дал себе время восстановить чуть сбившееся от быстрой ходьбы дыхание. В эти мгновения недолгой передышки старик упорно попытался убедить себя отринуть возмущение, нахлынувшее на него, когда посланный за Колером молодой последователь явился обратно в кабинет главы Красного Культа и с испуганным взглядом передал, что Бенедикт на вызов являться не собирается.

Отпустив молодого человека, перепуганного необходимостью доносить до старшего жреца подобный отказ, Бриггер возмущенно выругался про себя, однако, быстро взяв себя в руки, решил отправиться к Колеру самостоятельно, надеясь лишь, что у того нашлась веская причина повести себя подобным образом.

Без стука войдя в комнату, старик набрал в грудь побольше воздуха, собираясь тут же высказать чересчур своевольному жрецу свое недовольство.

Бенедикт решительным шагом направился к посетителю и жестом попросил его соблюдать тишину. Подойдя к самой двери, он кивком головы указал на койку беспокойно спящего ученика с мокрой холодной тряпицей на лбу.

— Прости, Карл, что не явился сам, но я нужен здесь. Видят боги, если бы я отправился заниматься делами, этот юноша собрал бы остатки сил и сделал бы то же, а ему сейчас подобные подвиги противопоказаны, — полушепотом проговорил Колер.

Бриггер обеспокоенно взглянул на тяжело дышащего молодого человека и понимающе кивнул. Он еще в день прибытия Бенедикта с учеником в Сельбрун сделал вывод, что старший жрец Кардении сильно привязался к своему новому подопечному. Если принять во внимание возраст Киллиана Харта и его характер, можно было сделать вывод, что отношение у Колера к нему сильно напоминает отеческое. Бриггер не раз видел такое у жрецов, которые, лишь прожив полвека, понимали, что так и не обзавелись семьей и детьми.

— Совсем плох? — осведомился старик.

— Морн ушел час назад, когда, как он выразился, кризис миновал. Было намного хуже: сильный жар, бред, затрудненное дыхание. Сейчас Киллиан дышит ровно и хотя бы спит.

— Боги, — покачал головой Бриггер, поджав губы. — И какие прогнозы дает Гевин?

— Пока утешительные. По крайней мере, если удастся удержать этого безумца в постели хотя бы несколько дней, — нервно усмехнулся Бенедикт. — Морн уверен, что болезнь начали лечить своевременно, правда сегодняшний день Киллиану на пользу не пошел, и в этом есть моя вина. Я должен был жестче настоять на прописанном режиме, а вместо этого позволил продолжить тренировку, а после — долгое время провести на улице.

— Не вини себя, — понимающе кивнул Бриггер. — Мы оба знаем, что этот юноша упрям и авторитетных лиц не слушает. Надеюсь, хоть теперь он все же обратится к голосу разума.

— Я надеюсь на то же, — кивнул Колер, обеспокоенно оглядываясь на ученика. — Морн, правда, был несколько обеспокоен его дыханием. Он говорил, что Харт, похоже, слаб легкими, и болезнь может поразить их сильнее всего. Судя по рассказу Киллиана, это проявлялось еще в раннем детстве. Возможно, передалось от отца, который, захворав, не сумел оправиться и умер, но точно я судить не берусь — быть может, там имел место недуг другого характера.

— Гевин Морн — отличный лекарь, Бенедикт, — заверил старший жрец Культа. — Он поставит твоего ученика на ноги, я уверен.

— Да, — коротко отозвался Колер, глубоко вздохнув и кивнув. — Так зачем ты меня вызывал, Карл?

Слова старших жрецов долетали до Киллиана сквозь беспокойную полудрему, которую они ошибочно именовали сном. Молодой человек хотел заставить себя открыть глаза, однако сделать этого не смог, словно бы находясь между явью и миром грез. Он слышал, как жрец Бриггер говорил о сообщении, отправленном через эревальну Рериху VII, и о том, что правитель Анкорды согласился поддержать грядущую малагорскую операцию. Дальнейший разговор наставника с главой Культа ускользнул от Киллиана, уступив место беспокойному сновидению, перенесшему его в Храм Тринадцати.