«И отчего это существо ему так дорого?» — недоумевала Кара. — «Он ведь не просто подпитывается его силой, он действительно дорожит им! Неужели только из-за того, что Мальстен может разглядеть красное? Только этим он так примечателен?»

Женщина не хотела признаваться себе в том, как ее задевает эта привязанность принца к данталли, но колкие и болезненные мысли о том, что даже времяпрепровождение с ней он готов отодвинуть на второй план ради разговора с кукловодом, никак не желали идти прочь из головы.

— Чтоб тебя, Бэстифар! — процедила Кара сквозь зубы, поднявшись с кровати и тут же накинув легкий халат.

— Чем я успел прогневать тебя с самого утра? — послышалось из дальнего угла комнаты. Женщина испуганно ахнула от неожиданности и нервно затянула пояс халата.

— Бэстифар? — изумленно спросила она, уставившись на принца, сидевшего за столом над какими-то бумагами к ней спиной.

— Неужто я храпел ночью? — не оборачиваясь, хмыкнул принц, мгновенно заговорив нарочито серьезным, сокрушенным тоном. — Боги, надеюсь, это не так — это отвратительно.

Лишь теперь он повернулся к женщине, и лицо его озарила добродушная улыбка.

Кара глубоко вздохнула, заметно расслабившись, хотя сердце ее все еще билось учащенно после короткого пережитого испуга. Обнаружив принца в комнате, она невольно улыбнулась своей мнимой победе над Мальстеном, приблизилась к аркалу и нежно опустила руки ему на плечи.

— Нет, ты не храпел. Я просто подумала, что ты променял сладкие минуты совместного пробуждения на какие-то… — она осеклась на полуслове, заметив, что за бумаги так внимательно изучал аркал. — Это родовое древо твоей семьи?

— Внушительное, не правда ли? — хмыкнул Бэстифар, пригладив аккуратную бородку и нахмурившись. — Малагорские цари всегда пользовались своими привилегиями иметь несколько жен. Самым плодовитым был мой прадед, у него было двадцать шесть жен и семьдесят восемь детей. И это только сыновья — дочерей я даже считать побоялся. Только представь! Семьдесят восемь конкурентов в борьбе за престол…

— Конкурентов? — непонимающе изогнула брови Кара. Аркал кивнул, она обошла его и присела к нему на колени, отодвигая бумаги к противоположному краю стола. — Не понимаю, Бэстифар. Раньше тебя никогда не занимали вопросы престолонаследования в Малагории. С чего вдруг ты об этом задумался?

— У меня восемь братьев, — пожал плечами аркал. — Эта ситуация куда как легче, чем та, в которой оказался мой дед.

— Легче… для твоих братьев? — поджала губы Кара.

— Она легче в целом.

— Что ты хочешь этим сказать?

Бэстифар качнул головой и убрал растрепавшиеся волосы с лица любовницы.

— Да так, пустяки. Просто задумался.

— О чем? — нахмурилась Кара. — Уж не собрался ли ты побороться за место на троне?

— Как знать, как знать, — заговорщицки улыбнулся Бэстифар, однако, заметив испуг в глазах Кары, тут же покачал головой. — Не переживай раньше времени, дорогая. Даже если я и поддамся этой мысли, которую спровоцировала исключительно гордыня, это, так или иначе, будет не сегодня и не завтра.

— С чего бы этим мыслям вообще появляться? Тебя никогда не интересовала власть…

— Неужто ты тревожишься, что, став царем, я тоже заведу себе двадцать шесть жен?

Кара обожгла акрала взглядом.

— Я спрашиваю серьезно, Бэстифар. Можешь хоть минуту обойтись без своих шуток?

— Могу, — кивнул принц. — Сегодняшняя ночь навела меня на эти мысли…

— И как же я могла это спровоцировать? — нарочито низким голосом спросила женщина, игриво изогнув бровь.

— Вообще-то, это спровоцировал Мальстен.

Лицо Кары гневно вытянулось. Ей стоило огромных трудов не вскочить и не отстраниться от принца.

— Мальстен?! — как женщина ни старалась, сохранить голос бесстрастным ей не удалось. Однако Бэстифар предпочел не заметить ревностных змеиных ноток, проскользнувших в тоне любовницы.

— Да. Во время нашего разговора он бросил замечание, что гимнасты были не моими подданными, а подданными моего отца. И это… как ни странно, было слишком неприятно, чтобы просто забыть.

— Он тебя задел, — качнула головой женщина.

— Хм… — задумчиво протянул Бэстифар. — Да, пожалуй, это можно выразить именно так.

Подняв взгляд к потолку, принц глубоко вздохнул.

— Занимательно… — протянул он.

— Что?

— Вся эта история, — улыбнулся он, приобняв сидевшую у него на коленях Кару и расплывшись в самодовольной улыбке. — Впрочем, пока что это все неважно. Думаю, уже через пару дней я забуду об этом, а родовое древо отправится обратно в архив за ненадобностью.