Я все ещё смотрела вокруг, когда ощутила на себе взгляд Блэка и повернулась.

– Мири, - произнёс он.
– Ты знаешь, что я к тебе чувствую, верно?

Я застыла. Вновь сфокусировавшись на его золотых кошачьих глазах, я озадаченно уставилась на него. Блэк изучал выражение моего лица, реакцию на его слова, затем нахмурился.

– Ты действительно не знаешь, - это не было вопросом.

Я ощутила от него более сильный прилив боли. В этот раз это не ощущалось как сексуальная боль, чувство, связанное с тем, что он видящий, и больше имевшее отношение к контакту и желанию, нежели к чему-то физическому. Я не знала, что означала эта другая боль, но поймала себя на том, что массирую его бедро, пытаясь заставить посмотреть на меня.

– Эй, - сказала я.
– Блэк, что не так?

Он смотрел в сторону с непроницаемым выражением лица.

Прежде чем я успела его разговорить, они принесли нам еду.

Её количество поразило меня.

Блэк заказал то блюдо, которое описывал мне ещё дома. Его друг сделал это блюдо своим фирменным - персонализированная версия спагетти алле вонголе, судя по рассказам Блэка. Я уже поняла, что он фанат итальянской кухни... и морепродуктов... а значит, он жил в подходящем городе. В одном из подходящих городов, во всяком случае.

Он заказал мне лосося и фетучини со шпинатом, за которые умереть не жалко. Я осознала, что умираю с голода - так проголодалась, что забыла практически обо всем остальном, хотя бы на несколько минут. Конечно же, я практически ела у него на коленях. Я не пыталась убрать свою ногу оттуда, где она обвилась вокруг его ноги, и Блэк обнимал меня одной рукой все то время, что мы ели.

После шампанского его друг Кэл ещё дважды приходил нас проведать.

У меня сложилось впечатление, что Кэл определённо заметил, как мы распускаем руки, но тщательно старался не смотреть никуда, кроме лица Блэка, пока спрашивал, понравилась ли нам еда, а я с энтузиазмом отзывалась.

После того, как он ушёл во второй раз, я снова ощутила в Блэке эту боль.

Тогда я съела уже достаточно, чтобы не отвлекаться на еду.

– Эй, - я уселась глубже на его коленях, обвивая его руками за талию.
– Что случилось? Тебе нужно мне сказать... это сводит меня с ума.
– Поколебавшись, я нерешительно потянулась к нему своим разумом, открываясь перед ним, чтобы он лучше ощутил меня.
– Ты ждёшь, чтобы я призналась в том, что я чувствую к тебе?
– мягче спросила я.
– Потому что я признаюсь.

Блэк посмотрел на меня. Сдёрнув салфетку с другой ноги, он вытер губы, затем откинулся на спинку, встретившись со мной взглядом.

– Нет, - сказал он.

Я слегка нахмурилась, но он не ждал моего ответа.

«Я задаюсь вопросом, воспринимаешь ли ты все это со мной всерьёз, Мири, - послал он, все ещё наблюдая за моим лицом.
– Я не ищу банальностей. Я спрашиваю, видишь ли ты меня так, как видит Кэл... как кого-то, кому нельзя доверить ничего настоящего».

Всматриваясь в мои глаза, Блэк запустил пальцы в мои волосы, убирая их с моего лица. Выражение его лица не смягчилось. Я все ещё видела в его золотых глазах напряжённую проницательность. «Для тебя это всего лишь потрахаться, из-за того, каким ты меня видишь?»

Я издала невольный смешок. В нем прозвучало не очень-то много веселья.

– Ты же сейчас не серьёзно, да?
– спросила я.

«Я кажусь тебе несерьёзным?– его глаза не дрогнули.
– Ты же понимаешь, что я никогда не врал тем женщинам, верно? Я никогда не говорил ни одной из них, что встречаюсь с ними... или что хочу встречаться. Я никогда не говорил никому из них ни капли лжи,– он нахмурился ещё сильнее, продолжая всматриваться в мои глаза и явно ища реакции.
– Я никогда не просил ни одну из них хранить мне верность. Я никогда не ожидал этого ни от одной из них. Никогда, Мири».

Я все ещё не могла оправиться от удивления.

Однако я понимала суть. Я задела его чувства.

– Блэк...
– это неверие отразилось в моем голосе.

Чувствуя, как он каким-то образом отстраняется, пусть даже физически не пошевелившись, я крепче обхватила его рукой, возможно, пытаясь привлечь его обратно.

«Блэк,– пробормотала я ему.
– Что происходит? Это из-за того, что я сказала о тебе и других женщинах? Потому что я ни в чем тебя не обвиняла».

Он покачал головой, но я не ощутила, что это действительно означало «нет».

Я осознала, что массирую его - не для того, чтобы отвлечь, а чтобы вытащить его оттуда, куда он отправился частью своего сознания. Он никогда не был таким неуверенным со мной... совершенно напротив. Я не знала точно, было ли это связано с мыслями Кэла или моими словами или с тем, где мы оба сейчас находились.

В любом случае, Блэк отреагировал на прикосновение моих рук.

Я почувствовала, что чем дольше я его касаюсь, тем сильнее он открывается, а эта резкость постепенно начинает смягчаться. Через несколько минут он вновь меня поцеловал. Секунды спустя мы целовались крепче, затем он опрокинул меня на сиденье диванчика, застонав.