Землянику собирали,

Губы сладкие макали,

Всем простудам вопреки,

В ледяные родники.

Наши спины, наши плечи

Стали алыми под вечер.

Мы про этот алый зной

Не забудем и зимой.

Здравствуй, день с утра хороший —

Ни соринки в небесах!

Тополь хлопает в листоши,

С веток катится роса.

А вчера — такое было,

Даже страшно вспоминать:

Грохотало, дуло, выло,

Тополь думало сломать.

Из чернеющей пучины

Разлохмаченных небес

Молний белые лучины

С треском сыпались окрест.

На глазах, одним ударом

Раскаленная стрела

От могучей пихты старой

Отколола полствола!

Провода перемешались,

Россыпь искр глотала тьма,

И к земле невольно жались

Все высокие дома.

Скрежетали в урагане,

Тормозя его напор,

И завидовали баням,

Убежавшим под угор...

Долго громы грохотали!

Разделяя неба страсть,

Долго жители не спали,

Кто любуясь, кто крестясь.

...Солнце с утренних окошек

Чиркнет лучиком в глаза:

«Спишь! А день такой хороший —

Ни соринки в небесах!

Выбегай скорее, ну же!»

Любо-дорого ноге

Вдоль по чистой мягкой луже

На зеленом мураге!

Три огонька в стылой темени светятся.

Три — из былых тридцати.

«Скоро и эта деревня изнетится...»

Кто там изрек? Погоди!

Вскользь равнодушное слово уронено,

В самое сердце разя.

Ладно. Ничто. Извиним постороннего.

Непосторонних — нельзя.

Сказана вслух непреложная истина —

Слово в горсти не зажать!

В гулкой тиши приговором и выстрелом

Грянуло. Нечем дышать.

В снег — равнодушный, нетронутый — падаю.

Жизнь моя! Песня моя!

Поразлетелись неправдой и правдою

Дочери и сыновья.

Не заслониться от мира огромного,

Чуть набекрень — повело...

В тесных квартирках, в заставленных комнатках

В городе детям светло.

Мытых дождями, лелеянных сказками,

Полных добра и тепла,

Сколько их, умных, умелых и ласковых,

Городу ты отдала!

Им не идется обратно, не едется.

Быть по сему — не пора.

...Скоро и эта деревня изнетится —

Три — на отшибе — двора.

Наблюдаю демографию такую:

На деревне мужики холостякуют.

И вдовцы, и разведенные, и парни

Перезрелые, далёко после армий.

Небракованные армией ребята

Пропадают, нетверезы и кудлаты.

Есть у каждого по баньке и по дому,

Но тоскуют по чему-то по другому.

По мотору есть, по денежной работе,—