– Священника, отца Грегори. Он пропал. – Мужчина в лодке чисто галльским жестом пожал плечами. – Если у него имеются враги, мы не хотим, чтобы у нас с ними были проблемы.

– С чего вы взяли, что у него есть враги? Мужчина принялся рассказывать, Берк слушал не перебивая. Потом спросил:

– Заблудился на болоте? Бедняга. Но я здесь уже несколько дней и никого не видел.

Мужчины в лодке шепотом посовещались, потом старший поблагодарил Берка, пожелал спокойной ночи, и они отчалили.

Реми лихорадочно соображала: броситься к двери, позвать их или же это опасно? Ведь чем-то они напугали Грегори, раз он сбежал от них? Должно быть, у него была серьезная причина не доверять этим людям.

Или же он боялся, что его отдадут в руки властей?

Реми вскочила и бросилась к двери, но налетела прямо на Бейзила.

– Вы можете закричать, и они вернутся, – тихим угрожающим голосом сказал он. – Но где гарантия, что они не причинят вам вреда? – А где гарантия, что мне не причините вреда – вы?

– До сих пор я вас и пальцем не тронул.

Она не смотрела ему в глаза, но понимала, что он прав. Лучше известное зло, чем неизвестное.

Без слов поняв, к какому решению она пришла, Берк отошел и погасил лампу. Хижина оказалась в кромешной темноте.

На случай, если они оглянутся, – пояснил он.

– А как вы думаете, что случилось с отцом Грегори после того, как он сбежал со свадьбы? – спросила она.

– Кто знает. Но, раз он попал к этим людям, мы знаем по крайней мере, что из болота он все же сумел выбраться.

Грегори смирился с мыслью, что скоро умрет. Конечно, ему не грозил смертный приговор за участие в похищении, но долгий срок в тюрьме был обеспечен. А там он станет лакомой добычей и продержится от силы месяца два. И тогда смерть будет казаться облегчением.

Он вжался в сиденье полицейской машины безо всяких опознавательных знаков, сердце его отчаянно колотилось. Но, к его удивлению, они проехали мимо полицейского участка.

– Вы везете меня в центр?

Офицеры, словно не слыша, продолжали беседу о том, где и как будут отмечать праздник Марди-Гра.

Когда же они, не сбрасывая скорость, промчались мимо центрального управления, Грегори закоченел от ужаса.

– Куда вы меня везете?

Один из полицейских обернулся:

– А ну заткнись. Не мешай разговаривать.

– Вы из федеральной службы? Они рассмеялись, и шофер сказал:

– Ага, точно. Из федеральной.

Грегори их ответ совсем не понравился, и он захныкал:

– Меня заставили. Этот Бейзил, он кошмарный тип. Он угрожал меня убить, если я ему не помогу. Он бы точно меня убил. Я… я даже не знал, что он задумал похищение.

Кажется, эти доводы их не убедили, и тогда Грегори выбрал другую тактику.

– Мой отец очень богат. Если вы отвезете меня к нему, он заплатит вам много денег без разговоров. Просто скажете ему, сколько вам надо, и он даст. Клянусь, у него полно денег.

– Мы все про тебя знаем, Грегори, – сказал тот, что сидел на переднем кресле. – А пока заткнись, иначе я рассержусь.

Грегори тихо заплакал. Теперь он понял, что это не полицейские. Все сомнения окончательно рассеялись, когда машина въехала в подземный гараж большого здания. Сейчас, ночью, в гараже стояло всего несколько машин.

В кино жертву часто убивали в подземном гараже; эти кошмарные сцены калейдоскопом пронеслись в голове Грегори. Вот сейчас они поставят его лицом к бетонной стене и выстрелят в голову. А завтра утром клерк, приехавший на работу пораньше, обнаружит его тело с кровавым месивом вместо лица.

– Пожалуйста, – пролепетал он, когда открылась дверца машины. – Прошу вас, не надо.

Но мнимый полицейский выволок его наружу. Грегори бухнулся на колени, умоляя сохранить ему жизнь, но его рывком поставили на ноги и поволокли к лифту.

А, значит, они не будут убивать его в гараже. Наверное, не хотят, чтобы кровь попала на их одежду. Просто вытащат на крышу и сбросят оттуда, имитируя самоубийство. Соучастник похищения Грегори Джеймс не выдержал угрызений совести и перешел через край. В буквальном смысле слова.

Но, прежде чем подняться на крышу, лифт остановился на каком-то этаже. Грегори выпихнули из кабины, и он с удивлением увидел длинный, устланный ковром коридор. В конце коридора располагалась массивная двойная дверь красного дерева с медной табличкой.