Вра... хм, ладно, пусть будет врачом.

Врач сильно напоминал мне одного полоумного добродушного преподавателя магии из детской сказки, позже ставшей хитом некоторое время в киноиндустрии. Такой же здоровенный пузатый амбал, вот только борода и шевелюра аккуратные и не столь большие. Одет в белый балахон и кожаный фартук.

Чистые, к слову сказать, словно, только что сменил на свежие.

– Да ты будешь одеваться или тебя вышвырнуть голяком?

– Да буду, буду. Где тут ваш угол, - произнёс я и, покачиваясь, направился в указанное место. Там отыскал несколько пар коротких штанов, две пары штанов больших и широких, три рубашки с завязками у горла и длинный халат... нет, мантия скорее всего. Все тёмно-серое, коричневое и только мантия чёрная с белыми вставками по шву по всему рукаву.

Короткие штаны оказались нижним бельём, оно было серым, штаны коричневые и стягивались по фигуре крючками и шнурками, рубашка была просторной, хотя я ожидал иного, когда покрутил её в руках. А в мантии и вовсе почти утонул.

Повезло, что вся одежда была чистая и абсолютно ничем не пахла.

– Ну вот, хоть на настоящего подмастерье стал похож, - одобрительно кивнул мне бородач.
– Звать тебя как?

– Антон Ростовцев, - представился я и увидел непонимание в глазах собеседника.

– Как-как? Ну и чудненькое у тебя имя, а по виду обычный горец. Или ты решил вспомнить старый обычай и взять себе новое имя после ритуала? Хм, редко кто на это решается, это ж считай, от всего старого нужно отказаться, от родичей, имущества и... а, ладно, взял так взял, мне плевать. Ты мне поможешь тут с делами кое-какими разобраться? Заодно серебра подкину, оно тебе ой как понадобится, раз ты жизнь с нового листа решил начать.

– Помогу, - кивнул я в ответ.
– А почему серебро?

– Золото жирно будет, - заявил мне этот человек-гора.

– А вас как зовут?

Бородач с любопытством посмотрел на меня, хмыкнул, поскрёб бороду и представился:

– Старший магистр тёмной магии лэрд Башл Юдарег второй помощник управляющего лекарским крылом.

Я сглотнул комок в горле пытаясь понять: шутит или нет?

Чёрт, вроде бы абсолютно серьёзен и представился хоть и с долей пафоса, но привычно, как если бы не одну сотню раз повторил.

– Очень... приятно, - с короткой паузой ответил я.
– А что мне предстоит делать?

– Инструмент чистить. Да не боись, не руками - в кубе алхимическом. Небось, не раз пользовался таким, ну, или почти таким.

Алхимический куб для чистки оказался металлическим кубом метр на метр с откидывающийся вниз одной стороной, как в кухонной плите, решетчатыми полочками внутри и ручкой-воротом сбоку.

– Старый уже, давно менять нужно да начальство не желает тратить деньги, пока этот исправно работает.

Инструмент - от простого шипчика до стеклянной мензурки, следовало положить на полки в кубе ровным слоем, чтобы не прикасались друг к другу, потом плотно закрыть дверцу на стопор (если тот не задвигается, значит, дверца неплотно прикрыта) и начать вращать ручку. Точно так же я заряжал кемпинговый фонарь с функцией динамо-машины, когда выезжал на длительную рыбалку. Только на кубе ручка была не в пример больше и крутилась очень туго.

– Грязное все с левой стены в шкафах, чистое складывай в правые шкафы. Только смотри - вещи и инструмент в разные складывай, а то были тут у меня помощники, что б про них при посмертии Госпожа позабыла.

Ох и вымотался я, вращая вороток. Пот катил градом, мышцы горели, и то и дело накатывало головокружение.

Но тяжёлая работа помогла прийти в себя, а иначе... я даже не знаю, что сделал бы или до чего додумался, будь свободен и останься наедине со своими мыслями.

Это место, эти люди (пусть видел одного Башла и слышал только двоих), эта одежда - всё странное, непонятное и потому пугающе.

А самым странным был я сам.

Я сильно похудел с момента, как в меня попала молния на том бугорке, в сквере. Потому и одежда болтается как на вешалке. Кроме того изменился рост - на полголовы уж точно, потому и походка у меня неуверенная, дёргаюсь постоянно и оступаюсь - это всё разум не может привыкнуть к новым данным, не веря, что старые устарели.

Ладони другие, цвет волос другой - светлые слишком, почти что блондин с небольшим золотистым отливом, а был брюнетом с рыжиной среднего роста и широкими плечами, которые я старательно расширял сначала в детстве в деревне на покосе, потом в качалке, потом в армии и на стройке. После стройки стал курьером городским - развожу посылки и пакеты на "на пластиковом самоубийце".

"Развозил", - поправил я сам себя и тяжело вздохнул.

Хорошую религию придумали индусы, так, вроде бы пел знаменитый советский бард. Подозреваю, что именно эта вещь со мной и приключилась - реинкарнация. Ну, а то. Что я очутился в чужом взрослом теле и судя по всему и ещё и не на Земле, это уже частные мелочи. Ведь кто с гарантией может рассказать, что происходит после смерти? Да никто!

Одно плохо - чужая жизнь несёт некоторые неприятные факторы, например, что если я женат, у меня есть дети, и я их принять не смогу? Да, не смогу - я только недавно утратил свою семью и никак не смогу влиться в чужую, тем более ту, в которой я буду своим.