– Чем мой сын не замена? Это лучше чем безмозглая тварь, способная одним дыханием спалить целый город, - процедил он.
– Уничтожить.

Опять взблеснула молния. Загремело. Гроза была прямо над ними. Данзо сам не понял, как у него это получилось или, точнее, что подтолкнуло? Младенец опять заплакал и Намикадзе безуспешно пытался его успокоить. Предводитель Корня просто поднял с земли оружие, что бы отдать, но...

– Мир жесток и непреклонен перед своими чадами. Врага надо добивать, иначе он непременно ударит в спину. Запомни это... Наруто, - улыбаясь, прошептал Намикадзе, целуя в лоб хныкающего сына.
– Будешь у меня великим и самым сильным шиноби, малявка, самым непредсказуемым...

Кьюби не должен умереть. Все произошло слишком быстро. Кунай вошел в тело по саму рукоять. Выхватив ребенка, оттолкнул Йондайме в сторону и резким движением стянул со своего лица повязку, которой вечно был прикрыт правый глаз.

Йондайме захрипел, повалившись на землю. Шаринган он узнал сразу. Вот только даже зажмурится не было сил.

– Учиха, - едва слышно прошептал он, вспоминая Фугаку.

– У вас нет сил, Кушина мертва, сына поглотил демон, - вкрадчиво прошептал предводитель Корня, смотря ему в глаза.
– Вам не для кого жить, незачем бороться, господин Йондайме...

– Кушина не...

– Все зря, Хокаге-сама. Вы проиграли, опозорены. Вы не достойны. Смойте позор с себя. Незачем жить. Спите, - все так же вкрадчиво нашептывал Данзо, прижимая Наруто к себе.

– Незачем...
– словно завороженный, повторил за ним Намикадзе, закрывая глаза...

Назад он уходил, полностью поглощенный своими мыслями. Что только что сделал? Но ведь все на благо Конохи. От чего же так не спокойно, словно не найти места?

Проклятый мальчишка дрожал и пищал, раздражая. Казалось, все сейчас играет против него. Что же теперь делать?

– Забавный ты человек, Данзо-кун, то ли пресмыкающееся, то ли змея подколодная, - послышалось над головой. Данзо резко отпрянул с места, оглядываясь. В очередном взблеске молнии, разглядел чей-то силуэт.

– Давай договоримся, - усмехнулся мужчина, спрыгивая с дерева.
– Я оставляю драгоценного Кьюби тебе, до поры до времени. А ты следишь за тем, что бы он вырос ручной зверушкой, - предложил он, медленно подходя и снимая свою маску. Данзо сглотнул, вглядываясь в его лицо. Не было сомнения кто это.

– К чему такое доверие, Учиха... Мадара?
– медленнее, чем следовало бы, протянул он.

Мужчина усмехнулся, поднимая лицо к небу и щурясь от попадающих на веки дождевых капель.

– Интересные у тебя глаза, парень, - тихо прошептал он, полностью игнорируя вопрос, - ты мальцу, что ль шрамов на мордашке накрои, а то потеряешь. Дети, они ж похожи на друг друга, знаешь ли... Особенно маленькие и чужие,- усмехнулся он, исчезая. Оставляя Данзо наедине...

Конец флешбека

Старик скривился. Как же тогда был глуп Намикадзе, не понимая всей важности Кьюби. Сейчас, усаживая Цунаде в кресло, мужчина невольно вспоминал те события. Тогда план вызрел сам собой. Убить Намикадзе было проще простого, просто ударить в спину. Но он не учел одного: что Кушина не поверит в гибель Намикадзе... стерва. Впрочем, убедить ее в том, что виноват Хирузен, было еще легче, чем покончить с Четвертым.

Вот так просто.

Старик тяжело вздохнул и выпрямился. Недобрые мысли обременяли его сознание, отчего-то вызывая больше злости на самого себя, чем на происходящие вокруг. Сейчас Мадара опять пытается вторгнуться в селение. Припомнит ли старую встречу? Захочет забрать джинчуурики, или же ему надо будет настоящий Кьюби? Голова уже раскалывается от количества неразрешенных вопросов.

Взгляд невольно прикипел к изрядно побледневшему лицу женщины. Старик с удовольствием отметил, как на лбу Цунаде рассыпался в пыль кристалл ее собственной концентрированной чакры. Все же, хорошее доудзюцу - шаринган. Ее следовало лишь убедить в тщетности всех действий, чтоб она не использовала собранную чакру для регенерации.

Что ж, последний, мешающий его планам человек был устранен. За окнами взвыла сирена, сигнализируя о том, что целостность оборонной стены нарушена. Весьма удобная ситуация, если поднапрячься никто и не примет смерть Пятой на его счет. Осталось разобраться с Мадарой и не допустить его к джинчуурики.

"Как ты там говорил Хирузен? Нет человека, нет проблемы", - невольно усмехнулся про себя Данзо, когда дверь в кабинет отворилась и послышался звон чашек. Обернулся. Это была Шизуне. Большая проблема всегда тянет за собой маленькую. В данном случае, он элементарно забыл об этой надоедливой помощнице.