– Надеюсь, такой ответ вас устроит, - продолжал он, не обращая абсолютно никакого внимания на ворчание слегка опешившей Цунаде.

* * *

А помнишь наш первый поцелуй? Был теплый вечер и нас обволакивал мягкий ветер. И ноги так сильно гудели от усталости, а сердце словно устроило марафон в груди. Тогда так хотелось прилечь прямо на землю и отдохнуть. Ты смотрел мне в глаза, и мы оба старались совладать со сбившимся дыханием. А потом те мягкие объятия, нерешительные прикосновения к волосам, коже... к губам...

Как-то так вышло, что запоминается самое-самое. А потом... кое-что додумывается. С кем не бывает? Отступает на второй план суета, дикий бег и запах крови смешанный с пылью. Забываются переживания и страхи... Остается лишь миг, который...

Да. Который...

Как же легко верить в самообман. Верить в придуманное, понимая, что правда может забрать у тебя последние капли надежды... Так легко смотреть на закат и заставлять себя знать что завтра ничего не измениться, и смеяться... А ветер, тем временем, врывается в душу, раздувает в сердце огонь, заставляет смотреть вперед убрав все занавеси и сценарии...

И так больно. До такой степени жутко и страшно, что хотелось забыться и закричать. Убежать, спрятаться, сжечь все мосты и попросту исчезнуть. Были бы только силы. Но их нет. Последние уходят на то что бы сохранить самообладание и трезвость мышления... Хотя, какая там трезвость? Когда мысли метаются словно ошпаренные. Когда сумбур чувств нарастает с такой скоростью, что кажется он скоро взорвется?

Так хочется верить - что такого со мной никогда не случится. Но время идет и старые страхи все обрастают новыми, заставляя сердце трепыхаться словно ужаленное. И уже забывается суть, железная логика отходит на второй план и стает все равно, лишь бы помнился тот единственный НАШ миг... лишь бы...

Флешбек

– Уже уходишь?
– послышалось сзади. Сай поджал губы и быстро одел рубашку.

– Так говоришь, будто это что-то для тебя значит, - с иронией заметил он и быстро вышел в коридор. Мысли глухо стучали в голове, напоминая ночной ужас и запах близкой смерти. Если советники позарились на его голову, они его добьются. И как не хотелось этого признавать, страх уверенно точил червоточину в его мозгу с каждым мигом напоминая о себе все ощутимее. Да, теперь Сай знал, что это чувство называется именно так... Быстрые шаги за спиной и вот чужие руки крепко оплели его, а чужое тело прижалось к спине. Сакура дышала шумно и судорожно, будто боялась. Ее всю трясло и, казалось, что в воздухе разносится ее сердцебиение...

– А помнишь, несколько дней назад, ранним утром в больнице ты крепко обнял меня и держал в своих объятиях, пока я не успокоилась? Наруто, кажется, даже заревновал...
– шептала она, горячим дыханием согревая его шею, - А когда подо мною проломилась ветка? Чомару-сан сказал, ты не отходил от меня и пытался унять мой кошмар - уже задыхалась она, заплетая от волнения языком...

Сердце пропустило удар и стало как-то легче. Сай склонил голову, пытаясь унять собственное непривычное волнение.

– Я злая - я знаю, но все же, скажи... Ведь...
– прерывисто, почти не слышно шептал родной голос: - Ведь вчера это был не просто поцелуй? Не с целью узнать, какие на вкус губы у такой сучки как я?

Сай подавил улыбку и, склонив голову, хмыкнул. Потом высвободился из ее объятий и, обернувшись, впился в нее взглядом. Короткие волосы были всклокочены. Ярко-зеленые глаза блестели, а губы... дрожали от волнения. В этом была вся Сакура - ненавидеть до смерти и любить больше жизни... Сай смотрел ей в глаза и никак не мог понять, когда же он успел смять в ничто всю ее гордость и своенравность... Куда пропала из ее взгляда неприступность и совершенная дикость?

– Чего ты хочешь, Сакура?
– спрашивал строго, пытливо всматриваясь в то как темнеют от злости ее глаза, словно поддетые сизой дымкой... Нет... не дымкой, яростью... Гневом. И так радостно стало, когда уязвленная девушка набросилась на него с кулаками... Тихо рассмеялся, поймав ее руку, и почувствовал, как она вздрогнула. Второй ладонь нежно коснулся ее щеки:

– Злой, ты мне больше нравишься и...
– шептал он. Это была его Сакура. Самая дикая, самая живая... А дальше были поцелуи, трепетные прикосновения и яростные укусы...

Была страсть. Яркая, непередаваемая... совершенная...

Абсолютная...

Конец флешбека

Яркая голубая вспышка мелькала перед глазами вновь и вновь. В висках стучала кровь и в памяти раз за разом всплывал тот миг, когда она колотила входную дверь квартиры Сая. И ужас вперемешку с чувством вины и бессилия, опять и опять рвало все ее самообладание в клочья. Зацепившись об что-то и упав, девушка подняла взгляд и впилась взглядом в каменные лица пяти правителей, возвышающихся над селением словно хранители. Ладони сжались в кулаки.