Шрифт:
Главное возражение Аристотеля против идеи Платона о совместном содержании детей состояло в том, что мужчины не смогут отличить своих детей от чужих, а заниматься сексом со своими детьми, говорит Аристотель, «не пристало».
Но у теремного слуги нет «своих»! Есть только «хозяйские» — укор Аристотеля неприменим.
Перебирая уже русскую классику, где аристократы пишут о своём детстве, часто натыкаешься на то, что первый опыт чувств у барчука возникает под влиянием слуг:
«Горничная, молоденькая девушка лет шестнадцати-семнадцати, непрерывно хихикая, попросила меня нарисовать сердце. Я был ещё слишком мал и ничего не знал об „эмблеме Амура“. Потому нарисовал сердце так, как видел его на картинке в анатомическом атласе. Она обиженно фыркнула и убежала» — это уже самый конец 19 века.
«— Да к чему же тратиться на учителей?! Приставим к барчуку холопа Петрушку. Он и присмотрит, и чему надо — научит.
– И будет через двадцать лет в имении два дурака: старый холоп да молодой барин»
Это — Россия 18-го века. Речь об образовании. Входит ли понятие «сексуальное образование» в «чему надо — научит»? Каковы будут эти уроки и каков результат? «Два дурака»?
Боярская семья есть, в первую очередь, орган управления. Административный, хозяйственный, судебный, военный… Эти функции «съедают» всё время и силы родителей. То — служба государева, то — служба церковная. Время — ресурс невосстановимый. А надо ещё и за хозяйством присмотреть. Сил на детей — не хватает. И получаются «сироты при живых родителях», отданные более-менее разумным слугам. С их холопскими представлениями о добре и зле, о границах допустимого, о желаемом…
Самые различные варианты манипулирования, управления, подчинения господ — слугам своим, особенно — детей и женщин, больных, старых и слабых, в разбросанных по изолированным, засыпанным снегом, боярским усадьбам — весьма распространены на «Святой Руси».
«Великое множество дворянских семей доживают свой век в разрушающихся усадьбах по всей России. Защищаемые прежде одним лишь крепостным правом. А ныне — и ничем уже не защищаемые».
Откуда это? Гоголь? Тургенев? Салтыков-Щедрин?
Здесь, в 12 веке, крепостного права ещё нет — «… ничем не защищаемые». Зависимые, прежде всего, от своего окружения, зависимые от своих зависимых слуг.
И не столь важно: имеет ли такое подчинение сексуальный оттенок, или — религиозный, или — дружеский. Сословность, ярлыки, законы остаются за порогом. Две личности, две души выбирают позиции по силе своей. Это — неизбежно.
Хорошо, когда обходятся без насилия, без обмана. Когда обе стороны дают и получают желаемое, хотя бы — обещанное. Когда результат — «мир да любовь».
Нюх у меня, девочка, на гадости человеческие. Злодеев-то настоящих — чуть, малость. Великое множество — добро делать хотят, радоваться друг другу хотят. А вот же…
Как пришёл Бряхимовский бой — Божедарова хоругвь рядом с нашей в строй встала. Когда повалила на нас мордва — наши-то все назад подались, а я-то, сдуру, вперёд выперся. Строй вражеский пробил и посеред их рубился.
Тут Божедар, на меня глядючи, закричал: «Вперёд!» да и кинулся. А стрый его — хоругви сказал: «Стоять!».
Божедар с Шухом вдвоём средь толпы мордовской и застряли. Славно резались два полюбовничка. Да только Божедару лоб топором раскроили. А Шух над телом господина своего ещё троих посёк. Пока его со спины на копья не подняли.
Потом уж и хоругви наши вперёд пошли. Стрый, за храбрость племянника, князем обласкан был. И дальше не худо служил.
Вскоре по возвращению войска из похода умер отец Божедара, брат его получил по наследованию вотчину. Тоже вскоре помер. А дети его… я им эту историю и не вспоминал никогда.
Что ты говоришь? Насчёт умения язычком… А давай попробуем, тебе подскажу — и ты научишься.
Часть 58. «На позицию — девушка, а в позиции…»
Глава 316
Не, это не про нас, это про князя Всеволода Большое Гнездо, про того мальчонку, который когда-то искал на моём подворье в Пердуновке свою маму и обижался, что она его перед сном не поцеловала.
Но мы стараемся — расплёскиваем. А я ещё и думу думаю. Такую… сильно воинскую: как бы войны избежать. Не этой конкретно, а вообще. Не вообще, от слово «совсем», а хоть по-уменьшить.
История Шуха навела меня на мысли. Теперь вот веслом — погрёбываю, мозгой — подумываю.
Феодальное общество строится иерархически. «Феодальная пирамида» — слышали?
На вершине пирамиды — государь. Большой/маленький, абсолютный или не очень… не суть. Почти всякая здешняя война состоит в том, чтобы этого… «на кочке лягушонка» — в чём-нибудь убедить. Типа: отдай денег, отдай земли, уйди отсюда нафиг…