Помню, что справа на меня кинулся чудак с копьём. А мне — никуда!

У меня на левой руке эта чёрная смолёная дура — «миндаль русский». И какой-то псих со всего маху уже всадил в него копьё. Где и застрял.

А другой… тоже псих. Рубанул топором через верх. Мать…! Они ж не шутя железяками рубят!

От топора я успел присесть. А этот его зацепил за верхний край щита, визжит и тянет! А который копьё в щит воткнул — визжит и толкает. И пока они там, с той стороны моего щита, орут по-зверячьему и решают кто из них сильнее, вот этот, третий — справа прибежал и тычет.

Единственное, что я сумел — развернуться в полу-приседе в пол-оборота. Его копьё прошло вскользь у меня по груди — слава Прокую и его паровичку! — ко мне под правую руку. А моё копьё, даже без доворота, просто выносом локтя — пробило его стёганку. Глубоко.

Так я же зануда! Я же — всё точил! И наконечник копья — «в бритву» выводил!

Кто?! «Кто штык точил, ворча сердито? Кусая длинный ус?».

Я! Я точил! Ванька-ублюдок! Псих лысый!

Только «кусая длинный ус» — не делал. Ввиду отсутствия наличия объекта кусания.

Тут меня дёрнуло сзади так, что я упал.

Я стараюсь падать как кошка — на четвереньки. Поэтому моё копьё осталось в той, в глубоко пробитой стёганке. А я оказался лежащим на брюхе, на своём щите, к которому я плотно принайтован левой рукой, на «топорнике», который доказал, что он сильнее соседа-копейщика — завалил-таки мой щит своим топором. Прямо на себя.

И вот лежим мы с ним, нос к носу. Разделённые только досками моего смолёного «миндаля». И судорожно соображаем: кто тут кого победил? И у нас с «топорником» несколько разные на этот счёт мнения.

Похоже на то, как Пьер Безухов взял в плен французского офицера. Просто с испугу сильно сжав его шею.

Мордвин был, видимо, бывалее меня. Или, в отличие от того наполеоновского офицера, очень не хотел к русским в плен. Поэтому он вдруг страшно оскалился, завизжал и начал биться. Пытаясь дотянуться зубами до моего носа и откусить.

Я чётко знаю, что надо делать, когда лежащее подо мной начинает ерепениться и кочевряжиться. Но такая злобная бородатая морда… да ещё через толстые доски моего щита…

Злоба из него прёт, а деваться ей некуда. Дядя совершенно ошизел и, вместо моего носа, начал грызть край моего щита. Да, этот здоровый народ хорошо питается — привыкли к большим кускам. Попортит, гад, казённое снаряжение. Во какую щепку откусил! И — выплюнул! Брезгует, падла, нашим, просмоленным…

Тут рядом с нами что-то жидко упало. В смысле: упало и стало поливать. Морда передо мной захлопнула глазищи. Потому что их залило. Кровью. Фонтанирующей из разрубленного затылка полуобезглавленного тела.

Мой весьма бессмысленный взгляд влево и вверх явил зрелище активно уничтожающего живую силу противника Сухана. Который как раз перерубил топором ногу следующему мордвину, пока ещё двое чудаков наперегонки тыкали в его щит копьями.

Когда же я возвратил свой взгляд в прежнее положение, то обнаружил, что злобная морда передо мной обрела свободу — высвободил одну руку, протёр глаза и утратил злобность. Когда человек пытается проморгаться, он выглядит задумчиво.

Я не стал дожидаться результатов его размышлений. Сунул руку за плечо, вытянул «огрызок» и воткнул «мыслителю» за ухо.

А больше ничего нет! Сабля — подо мной болтается, копьё — в предыдущем чудаке осталось.

Тут на меня что-то упало. Тяжелое и верещащее. Оно елозило у меня на спине и пыталось там чего-то… сделать.

Когда неизвестно что падает вам на спину и там топочется… совершенно паническое состояние. Попытался оглянуться через плечо. Нос к носу — ещё один мордвин. Точь-в-точь как был первый. Воскрес?! Нет — первый на месте.

Тут по второму, и по моей спине, соответственно, кто-то тяжело пробежался. Сначала в одну сторону, потом обратно.

И я понял, что пора вставать. А то место для отдыха мне досталось… как у доски в полу танцплощадки.

Захребетника-то я скинул. Но он придавил мой щит. Пришлось выдирать руку из креплений.

Тут над головой раздался треск и слева полетели доски. А справа налево побежало… несколько придурков с выставленными копьями.

Какой я молодец! Что тренировал «кувырок через голову»! Из-за «захребетника» я уже сгруппировался — кувыркаться… возможно, а выпрямившись во весь рост, стоя на голове, так и лёг на крайнего придурка с тыкалкой.