Кирк посмотрел на замолкшую толпу, с интересом ожидающую исхода ссоры, на с любопытством глядящего на него старшего охраны, на Тайнис...

— Милый, - глаза её нехорошо блеснули и она едва заметно кивнула ему.
– Покажи ей, что такое Имперский офицер...

— Разумеется, - согласился Кирк. И непонятно было, к кому он сейчас обращается - к Ксирс-Тис-Сат или к Тайнис.

— Вы уверены, сударь?
– уточнил старший охраны.

— Мне повторить?
– спросил Кирк.

— Тогда я занесу вас в список участников, - в поведении старшего охраны сквозил явный интерес к происходящему.
– Всё, необходимое для соревнований, будет вам предоставлено - одежда и оружие на любой вкус, медицинская помощь...

— Похоронная команда, - добавила с кривой усмешкой Ксирс-Тис-Сат и тут же, поймав полный негодования взгляд старшего охраны, ещё раз извинилась перед Кирком.

Ван Детчер кивнул и посмотрел в ликующие глаза Ксирс-Тис-Сат.

— Ксиболдинг, - зловеще прошептала она и сделала пальцами движение, будто бы кого-то душила.

— Ксиболдинг, - согласился Кирк.

Ксирс-Тис-Сат кивнула, развернулась и пошла к выходу. Её прилизанный любовничек торопливо засеменил следом. Остальные зрители тоже начали расходиться, обсуждая случившееся и строя предположения по поводу завтрашнего турнира.

— Я знала, милый!
– Тайнис обняла Кирка и жарко поцеловала в губы.
– Я знала, что ты настоящий мужчина!..

Кирк хотел было спросил, не догадалась ли Тайнис об этом несколькими часами раньше - в постели, - но не стал. На душе у него было как-то неуютно. Словно бы он сейчас сделал что-то такое, чего ему делать не следовало. И уж не хотелось делать - наверняка.

Десять штурмовых групп из двенадцати должны были высадиться на третьей планете Ранзамара в местах наиболее вероятного скопления противника. Мест этих было не так уж много, основная масса врага скопилась в городе - где же им ещё быть?! Тем более что это был именно их город - город, основанный почти три сотни лет назад выходцами с Кассилиа-III. Город, где уже несколько дней не утихают уличные бои между кассилианами и немногочисленными живущими (или теперь точнее было бы сказать - жившими?..) в городе ксионийцами. Город, где кроме ксионийцев и кассилиан жили ещё и альгатирейцы, и люди. Альгатирейцы десантников интересовали слабо, а вот люди...

Именно из-за этих людей Имперский линкор «Таран» и оказался на орбите Ранзамара-III. Сколько подданных Межзвёздной Империи Людей было в городе и сколько их осталось в живых - неизвестно, с этим предстоит разбираться десяти штурмовым группам, заходящим на город с разных сторон. Это им придётся спасать и вывозить... Впрочем, любой десантник понимал, что спасать и вывозить никого уже не придётся. Маловероятно, что кто-либо из людей уцелел в кровавой мясорубке. И поэтому основной задачей штурмовых групп становилось следующее: оставить о подданных Империи такое воспоминание, чтобы больше никогда ни один чужой даже и помыслить себе не мог подобного.

Месть?! Нет - профилактика. Люди живут на многих планетах и зачастую они соседствуют с чужими. И карательная операция призвана была обезопасить именно их - тех, кому сегодня пока ещё ничего не угрожает. Выполнением этой операции и были заняты десять десантно-штурмовых групп, чьи «Акулы» вынырнули из облаков подобно ангелам смерти.

На долю же двух оставшихся групп выпадало самое важное - охрана и обеспечение безопасности тех подданных Империи, что проживали за пределами кассилианского города. Два поселения людей, где чужие составляли меньшинство (отнюдь не безопасное меньшинство) нуждались в защите, нужно было спасти тех, кого ещё можно спасти, защитить ни в чём не повинных людей от жестокости и злобы чужих. И это задание было самым важным, самым главным во всей операции. Поэтому оно и было поручено первой и второй штурмовым группам - самые лучшие офицеры, самые лучшие солдаты и сержанты, самые опытные и самые отважные.

Средний ударный десантный бот «Акула», где находилась первая штурмовая группа, ринулся сквозь густой облачный покров - на помощь к своим. Каждый такой бот способен нести пятьдесят пять единиц личного состава, что (даже в совокупности с пятью членами экипажа) не так уж много. Но каждый из этих шестидесяти человек готов был пожертвовать своей жизнью ради безопасности подданных Империи.

«Акула» совершила посадку в километре от небольшого городка, население которого вчера ещё едва ли составляло десять тысяч человек. Сегодня же - сколько из них осталось в живых? Где они сейчас? Прячутся по подвалам? Ушли в горы или джунгли? Или, может быть, всё ещё сидят по домам, обмирая от страха в ожидании неминуемой смерти?..

Два вездехода «Крот» покинули десантный бот и на полной скорости умчались к городу. Два десятка человек, два плазморазрядника «Удав» - капля в море против обезумевших кассилиан. Два десантно-штурмовых флаера «Беркут», которые так же находились на десантном боте, вылетели следом за вездеходами - на их долю выпадало самое сложное - охрана космодрома, замеченного командиром группы капитаном Алексеем Турбановым ещё с воздуха. Людей придётся вывозить, а на чём? Не на «Акуле» же, чёрт возьми!

Капитан Турбанов нервничал и не скрывал этого. Он нервничал долгих три с половиной минуты - пока экипажи «Беркутов» не отчитались о выполненной задаче. Космодром оказался в порядке, чужих там не было. Немного неясным оставалось то, что охрана космодрома была обычная, а не усиленная. Но над этим можно будет подумать позже, а сейчас достаточно вздохнуть с облегчением.

Капитан Турбанов приказал пилоту «Акулы» прибавить скорость.

— Ползём, как черепахи, - недовольно проворчал он, - даже медленнее...

— Господин капитан!
– окликнул Турбанова радист, - с флаеров сообщают... что-то странное сообщают...

Турбанов недовольно покосился на радиста - это был молодой парень, только месяц назад надевший форму. Сегодняшняя операция была его первой операцией в жизни. Он сильно волновался, шелуха десантных курсов ещё не до конца слетела с него, и поэтому радист обильно пересыпал свою речь разными там «господами капитанами», чем в боевых условиях опытные десантники обычно пренебрегают. Господа - это для штабов, светских приёмов, парадов и портовых девок. В бою обычно обращаются проще: «командир» или даже по имени. Но этому всему молодому радисту ещё предстояло научиться. Как и манере докладывать, кстати говоря - она оставляла желать много лучшего. «Что-то странное сообщают...»