Шрифт:
— Значит, вы утилизировали свои алмазы? — спросил он снова.
— Еще тогда же. Только не все. Много осталось.
— Поздравляю. В таком случае носа вешать нам незачем.
— Вы думаете?
— Конечно. Надо освободить Нарайяна.
— При помощи денег?
— Неукоснительно. Какой суммы вам не жаль?
— Да хоть все возьмите, только выручите.
Авдей Макарович обнял и расцеловал Андрея Ивановича.
— Ну, голубчик, — сказал он, окончив эту церемонию, — так я пойду орудовать.
И, почти бегом, профессор скрылся из залы.
IX. Мистер Черпер
Он тотчас же отыскал обладателя рыжих бак. Этот последний сидел за бутылкой виски в углу проходной комнаты. Товарищи его в соседней каморке дежурили около связанного Нарайяна.
— А это вы, мистер… мистер, — заговорил профессор, как будто вспоминая фамилию.
— Черпер. К вашим услугам, сэр, — произнес тот, очищая место за столом.
— А вы себе благую часть избрали, мистер Черпер.
— Да, сэр. Надо же как-нибудь коротать время. Ваше здоровье, сэр, — прибавил он, опоражнивая стакан и придвигая бутылку к профессору.
Авдей Макарович чокнулся с Черпером, но поставил стакан на стол.
— Это вы, мистер Черпер, выследили бедняжку Нарайяна? — спросил профессор.
— Да, сэр.
— Как это вам удалось?
— Признаться сказать, сэр, отчасти помогли мне в этом вы сами.
— Я уже предчувствовал это, мистер Черпер.
— Да, сэр. Если вы припомните некоего Эдварда Смита, эсквайра из Манчестера, то, может быть, в вашем покорном слуге найдете некоторые знакомые черты.
— Так это были вы?
— К вашим услугам, сэр..
— Следовательно, письмо Грешама у вас?
— Было. Возвратившись из храма Парвати, я отдал его Бабу-Рами.
— Что вы делали в храме Парвати?
— Искал там Нарайяна, расспрашивал Нариндру…
— И что же?
— Этот старый дурак сказал мне, что когда я достигну цели, демон корыстолюбия растерзает меня когтями тигра… Чорт знает, что за чепуха!
— Больше вы ничего не узнали?
— Да. Но, отправляясь в храм Парвати, я приказал следить за вами своим агентам. Благодаря их телеграммам, я догнал вас в Калькутте и затем уже не упускал из виду. И когда, наконец, вы остановились в этой трущобе, я…
— То вы догадались?
— Да, сэр. Я догадался, что птичка здесь.
— Это очень неприятная история, мистер Черпер.
— Как для кого, сэр. На всех и сам Господь не угодит.
— Но, ведь, согласитесь, сознавать, что Нарайян попал в беду по нашей вине… Это очень, очень неприятно.
— Да, конечно, сэр… Но не следует быть настолько щекотливым.
— Извините нескромный вопрос, мистер Черпер. С какой целью вы преследуете Нарайяна: по должности, из денежной выгоды или из любви к искусству?
— Могу вас уверить, сэр, только из одной денежной выгоды. Не будь денежной выгоды, я не пошевелил бы пальцем.
— И вы не ожидали себе никакой другой выгоды?
— Никакой, сэр. Только одни деньги.
— А много принесет вам это дело?
— Совестно сказать, сэр, — совершенно нищенское вознаграждение: всего 600 фунтов.
— Да, это не особенно много. А что будет Нарайяну?
Мистер Черпер сделал выразительный жест левой рукой и потянул себя за шейный платок, давая знать, что беднягу повесят.
— А вы получите 600 фунтов?
— Да, сэр, когда доставлю его в руки правосудия, в Калькутту.
— В Калькутту?
— В Калькутту.
— Это довольно далеко, мистер Черпер.
— Да, сэр.
— И всего за 600 фунтов?
— Что делать, сэр? Мне они необходимы.
— Мне кажется, мистер Черпер, вы человек без предрассудков…
— О, совершенно без предрассудков, сэр.
— Тем лучше. С такими людьми можно говорить откровенно… Видите ли, мистер Черпер, нам очень неприятно, что Нарайян попал в беду по нашей вине.
— Что же делать, сэр?
— Если вы отпустите его на свободу, мы вам уплатим эти 600 фунтов. Ведь вам все равно, с кого ни получить эти деньги.
— Положительно все равно… Но, сэр, это уже невозможно: в деле замешаны третьи лица. Будут новые хлопоты, затруднения.
— Ну, за эти хлопоты мы вам накинем лишнюю сотню фунтов.
— Однако, вы, сэр, не щедрее нашего правительства.
— Хорошо, чтобы быть щедрым, я предложу вам вот какое условие: если вы дадите Нарайяну случай убежать, я вам уплачиваю 1000 фунтов. Согласны?