Мы решили, что пиво без водки деньги на ветер, и я с молчаливого одобрения своего нового приятеля заказал нам настойки — «Гномьей особой». Опрокинув по чарке, из наших глаз потекли скупые мужские слезы, а орк вернулся к рассказу о репутации.

Оказывается, в землях Севера репутация — это весьма тонкая материя. В ней нет разных «почитание» или «ненависть». Есть четкая шкала, от нуля до ста единиц. Если ты для отдельно взятого города никто, то, значит, и репутации у тебя ноль. Если доберешься до ста единиц репутации, то можешь хоть на брудершафт с интезом пить.

Но репутация в одном городе совершенно ничего не значила в другом, все, что она давала — это возможность войти в город и шанс на то, что с тобой соизволят поговорить местные жители, но не более. И там ты снова начнешь с нуля и будешь бегать, как заведенный, выполняя задания или служа в дружине владетеля.

К тому же, вся репутация среди семи городов не слишком много значит для кенига, это так, ерунда. И говорить он с тобой будет только после того, как ты минимум в четырех городах своим станешь. Но в саму столицу вход изначально свободный. Оно и понятно, там аукцион и все такое.

У кенига есть своя шкала для оценки, в двести баллов. Шкала называется «Почтение существ Полуночи» и складывается понемножку из всех твоих поступков. Заполнив ее можно было рассчитывать на скрытые или даже эпические задания и пользоваться безграничным расположением народов Севера.

И еще, есть один нюанс, репутация не только зарабатывается. Если ты совершишь что-то, компрометирующее тебя в глазах северян: тебя поймают на воровстве, побьешь женщину, или скажем, конфетку у ребенка отнимешь, или совершишь еще что-либо в этом духе, и тому найдутся свидетели, то репутация будет снижена. Так что здесь следует думать над каждым словом и делом. Потому сюда народ больно и не лезет, возни много, репутацию прокачивать долго и муторно, да и потерять ее легко.

Ролеплейшики приходят, но так просто на «драккар» в команду не попасть, а когда попадеш, ь они ведь дальше Эзацкого моря и Хидекского океана не ходят, и вглубь моря не удаляются, так вдоль побережья все чаще промышляют, разоряя окрестные селения. Ну, месяц так поплаваешь, два, а потом всем надоедает, расходятся мир посмотреть да себя показать, к кланам примыкают.

Под разговоры мы приговорили «Гномью особую». И у меня высветилось:

— Мда, малой, тут тебе не там, вариант что вырвет и отпустит, не прокатит. — С этими словами орк взвалил меня на плечи и потопал на улицу.

На дворе владычествовала ночь, брусчатка мостовой мирно качалась перед глазами и где-то на задворках Эзвароса брехали дворовые псы, и я в унисон им выводил рулады

Уже на втором куплете орк присоединился ко мне и пасторальную тишь городка разрезал дуэт:

Орк оказался своим парнем, и когда мы допели, не стал меня резать и кидать в ближайшую канаву, а отволок в гостиницу, по дороге объяснив —

— Ты можешь зайти в любую гостиницу, тебе за относительно небольшую плату предоставят комнату. Это твои личные апартаменты, кроме тебя туда могут пройти только твои гости и то в твоем присутствии. Вещи, оставленные там, никогда не пропадут. Никто кроме тебя не сможет их забрать. Посему все наиболее ценное и нужное, что не надо постоянно носить с собой, лучше держать там. По завершении его речи перед моими глазами высветилось

Я естественно согласился.

— Отдохни, проспись. Парень ты неплохой, меня на первых порах напомнил. Да и рожа у тебя, моей под стать. В общем, бывай — пророкотал на прощание орк и утопал в ночь.

Я заплатил за номер, поднялся к себе. Разглядел замок. Замок был надежный. Открыл его ногтем большого пальца, и толком не рассмотрев комнату, вышел из игры.

В мире при моем появлении не грянул гром, и не раздались звуки фанфар. Все так же светило солнце и пылинки, играя на его лучах, ложились на неокрашенные доски пола. Я оглядел свое первое пристанище в Алиноре и остался доволен — комната вполне себе ничего, этакий средневековый минимализм. Стол стул кровать и сундук, все без изысков, но очень добротно выполнено.

Единственное окно выходило на внутренний двор, по которому малек лет семи тащил воду из колодца. Я спустился в общую залу. Вкушать виртуальной снеди не хотелось, и я отправился прогуляться и заодно поподробнее осмотреть городишко.