— Да, изредка, — ответил Варам. — Обычно это ученые, занятые исследованиями. До недавних пор подобное считалось слишком опасными. Пространство еще не окультурено до той степени, к которой ты привыкла.

Свон мотнула головой.

— Вероятно, ты просто не знаешь.

— Может быть. Но думаю, что знаю.

— Ты ведь сам здесь бываешь не часто?

— Нет.

— Полетишь со мной вниз?

— Я не умею летать.

— Можно поручить управление птичьим костюмом ИИ и быть просто пассажиром.

— Но ты больше чем пассажир?

— Конечно. — Она неодобрительно посмотрела на него. — Люди летают в любом пространстве, где можно летать. Наши птичьи мозги требуют этого.

— Не сомневаюсь.

— Полетишь со мной, — сказала она так, словно победила в споре и получила его обещание.

Варам прижал подбородок к шее.

— Значит, ты летунья?

— Когда могу.

Он не знал, что сказать. Если Свон думает, что он будет уступать при таком беззастенчивом запугивании и по-прежнему любить ее, она ошибается. Нет уж! Но, возможно, уже поздно. Когти слишком глубоко впились в его грудь; он чувствует, как они тянут его за собой; он прочно заарканен, ему очень-очень интересно, на что она способна. Он даже готов согласиться на такую глупость, как птичий полет в облаках Сатурна. Как это возможно? Женщина даже не его типа — ах, Марсель, если б ты только знала! — эта Свон еще хуже Одетты.

— Может, когда-нибудь, — сказал он, не желая спорить. — Но ведь сейчас мы ищем этот твой корабль.

— Действительно, — вмешался инспектор Женетт. — И похоже приближаемся к нему.

Продолжая спуск, они нырнули в очередное облако. Корабль сильно и постоянно вибрировал. Под ними было тридцать тысяч километров неуклонно сгущающегося газа, а дальше слой густой смеси, которую очень трудно охарактеризовать и которая и есть истинная «поверхность» планеты. По слухам, там, в глубинах, прячутся корабли, и Варам опасался, что корабль, который они ищут, тоже там. Но впереди показался космолет — оловянный на синем фоне, он висел под гигантским надувным каплевидным баллоном. Потом, как привидение, снова исчез в облаке, откуда на мгновение явился.

Брошенный корабль раскачивался под своим баллоном, намного темнее облака — что-то шоколадного цвета, ненадолго окрашивающееся в оранжевый или бронзовый цвет, потом снова темнеющее. Чтобы нарисовать такую картину в музыке, подумал Варам, нужно одновременно играть Сати [59] и Вагнера: капля грусти на фоне грандиозных туч — маленький забытый корабль.

Они пристегнулись, заняв места в маленьком хоппере, и тот вылетел из шлюза, содрогаясь в потоках газов. Из тумана показалась темная масса брошенного корабля. Варам не мог не вспомнить о «Марии Селесте» [60] и о плавучем доме отца Гекльберри Финна. Пришлось отбросить эти допотопные россказни и сосредоточиться на деле: судя по внешнему виду, типичный астероидный траулер со старомодным дейтериево-тритиевым двигателем на корме.

— Это тот, кто вам нужен? — спросил Варам.

— Думаю, да, — ответил инспектор Женетт. — Когда он был у вас, ваши службы поместили на него «жучок», и сейчас мы получаем сигнал. Давайте посмотрим.

Они причалили (пилот искусно справился с трудной задачей на сильном ветру). Когда магниты пристыковали хоппер к кораблю, они втроем и еще два помощника Женегга надели скафандры и вышли, все на «нитях Ариадны».

Свон выходила первой и коснулась двери шлюза сразу перед выступом двигателя. Когда она нажала на пластину, загорелся зеленый свет и шлюз открылся. Потом мелькнул яркий свет — и тут же исчез; Свон вскрикнула.

Женетт подлетел к ней и навис над плечом, как ангел — хранитель; он оттащил Свон.

— Минутку. Мне это не нравится. Паспарту сообщил мне, что корабль сейчас отправил мощный радиосигнал.

Маленький инспектор первым вошел в шлюз и достал из кармана два инструмента, похожих на резчик металла.

— Возможно, сигнал исходил отсюда. — У двери шлюза к стене был прикреплен ящик. — Добавочное устройство. Маленький часовой. Мог снять изображение и передать его. Возьмем его с собой.

Свон заколотила по стене рядом с ящиком.

— Вот тебе! Мы здесь!

— Они уже знают, — ответил Женетт, работая над маленьким ящиком осторожно, словно над раковиной галиотиса. — Но, возможно, нам это на руку. Этот корабль откуда-то взялся, и мы сможем его проследить. Заберем с собой его ИИ.

Другие следователи Интерплана открыли дверь во внутренние помещения; там, казалось, было так же пусто, как в пространстве снаружи. Варам прошел внутрь вслед за остальными. Освещение есть, мостик кажется готовым к работе, и все же ни воздуха, ни людей.

— Все знают, что у корабля есть ИИ, — сказал Варам. — Почему они подвесили корабль здесь? Разве не проще избавиться от него?

— Не знаю. Может, хотели использовать его снова и не знали о следящей системе Лиги Сатурна.

— Мне это не нравится.

— Мне тоже.

— Может, это корабль неприсоединившихся, — сказала Свон. — Никаких записей с самого старта.

— Разве есть корабли вне официальных реестров? — спросил Варам.

— Есть, — коротко ответил Женетт, вставляя провод Паспарту в порт одной из консолей.