Мы арендовали большой, на десять спален, дом и провели неделю, катаясь на лыжах, сноуборде и играя в снежки. Я только играла в снежки. Мои мышцы до сих пор помнят прошлогодний урок и не были заинтересованы в повторении. У каждого могут быть слабости. Сноуборд — это не мое.

— Карсон пропустил знаменательный день на склонах, — сказал Лиланд, вешая куртку.

— Я был занят кое-чем получше, — сказал Карсон, выходя из спальни с нашей дочкой, свернувшейся калачиком на его груди. — Я сидел возле камина в обнимку с моими девочками и украшал елку.

Все мужчины одновременно посмотрели на елку и одинаково склонили головы. Я фыркнула, а Карсон подошел ко мне и положил руку мне на плечи, целуя в макушку.

— О, боже, он выбирает обнимашки и украшения вместо спорта, — пробормотал Джош. — Пора становиться мужчиной.

И Джош покачал головой, изображая грусть.

Карсон поднял брови.

— О, придет и твой день, дружище. Запомни мои слова. И когда это произойдет, мало не покажется.

— Эй, следи за своим языком, все мои девочки в этой комнате, — сказал мой отец, выйдя из своей комнаты, где он дремал.

Карсон изобразил раскаяние:

— Извините, сэр.

Но уголки его губ изогнулись, когда отец проходил мимо и слегка ударил его по плечу.

По правде говоря, мой отец и Карсон вряд ли могли бы стать ближе. Мой отец любил обоих своих зятьёв, но между ним и Карсоном была особая связь. Может быть, это случилось потому, что Карсон вырос без отца, а мой отец увидел в Карсоне настоящего мужчину, которого всегда хотел видеть в своем сыне, но, как бы там ни было, они любили и уважали друг друга. И это согревало мое сердце настолько, что я с трудом сдерживала слезы, когда вижу их вместе.

Мы пригласили и маму приехать на выходные, но она отклонила наше предложение, несмотря на то, что мы предлагали снять ей отдельный дом. Я хотела, чтобы мы были ближе, особенно сейчас, когда у меня самой растет дочка, но общение невозможно только с моей стороны.

Возможно, когда-нибудь она поймет, что теряет, и попытается восстановить наши отношения. Я надеялась, что это произойдет, но, видимо, уже прошло слишком много времени. Это было одним из самых больших моих разочарований, но я поклялась, что каждый день я буду сближаться с людьми, а не отталкивать их.

Карсон написал своей матери письмо и послал ей фотографию нашей дочери, Эллы, когда она родилась — оливковая ветвь мира, которую он протянул женщине, что родила его, но не смогла дать ему ничего, когда он был ребенком.

Она ответила, и они обменивались письмами и фотографиями. До сих пор он был осторожен, но начало было положено.

Я улыбнулась моему мужу, а затем посмотрела на нашу малышку и поцеловала ее светленькую головку.

— Эй, маленькая мисс, — сказала я, — почему ты не спишь?

— Мы работаем над этим, — ответил Карсон. — Потом он наклонился ко мне и прошептал: — Я рассказывал ей замечательную историю про девушку, которую я полюбил где-то между двадцать первым и двадцать вторым этажом.

— Эх, — сказала я, глядя на нашу дочь, — неудивительно, что ты захотела послушать эту историю. Она действительно отличная.

Я мягко коснулась ее носа указательным пальцем, и она подарила мне беззубую улыбку, ее карие глаза внимательно смотрели, а на ее лице появились небольшие ямочки, которые я так любила.

— Да, — сказал Карсон, мягко улыбаясь, — это действительно так.

— Я надеюсь, что это была PG версия (прим. перев. Рейтинг PG. Детям рекомендуется смотреть фильм с родителями), — сказала я, подмигивая ему

Он тихо усмехнулся.

— Эй, сестренка, ты поможешь мне или как? — Джулия позвала меня из кухни. Она и Эван готовили пюре из картофеля, и когда я услышала стук и тихие ругательства, доносившиеся из кухни, я подняла одну бровь.

— Похоже, там все серьезно. Я лучше пойду. Засыпай, девочка, — сказала я, снова целуя ее и улыбаясь Карсону.

Карсон повернулся, чтобы отнести ее в комнату, где была ее кроватка.

Когда я пошла в кухню, я повернула голову, чтобы посмотреть, как они уходят. Мой муж и наша дочь. Есть много трогательных моментов в этом мире, но немногие столь же проникновенны, как смотреть на красивого мужчину, которого любишь, пока он держит малыша, созданного вами вместе. Нет, не много.

Карсон

Я держал дочь на руках, покачивая ее в большом мягком кресле-качалке. Я любил ее так сильно, что казалось можно было потрогать эту любовь. Я уткнулся носом в ее волосики и вдохнул ее сладкий запах. Я сделаю все, чтобы защитить ее, оберегать ее, чтобы убедиться, что она всегда чувствует себя любимой.