— Ты вообще кто сам-то такой?! — Секимори, который соображал туже всех, решил вдруг побыковать. — Явился тут шибздик из-за бугра и права качает!

— Чё?! — взбеленился мелкий. — Шибздик?! Охренел, репей подзаборный! Ты на кого батон крошишь, контрацептив! Совсем, сивоухий, рамсы попутал?! Пингвина тебе в печень!

— Тихо, свояк, ошибку поняли, не вопрос, — вскинул руки Тоси, вставая между Секимори и рассвирепевшим блондином.

— Ладно, косяк за вами, — поостыл неизвестный. — Короче, пацаны, базар короткий. Или со мной на поклон к Вырвиглазу сейчас все вместе топаем, или я вас на месте оформлю. Мне уважаемые люди право набирать зеленых давно доверили, так что мое слово кремень. А Вырвиглаз он того, престиж любит. Может даже покаянных малость прессануть, чтоб другим наука была. Да и погоняло ему набили не просто так.

— Лучше на месте, — сглотнул Сато.

— Что надо-то?

— Руку на самое дорогое и повторять за мной, — парень торжественно снял шляпу, являя свою лохматую шевелюру, и приложил свободную ладонь чуть ниже живота. — Сегодня мы, вступающие в ряды славных Пожирателей Смерти, принимаем этот путь без страха и сомнений! Отныне и навеки, нет для нас иного закона, кроме воли Темного Лорда! Да воплотятся все его планы и мечты! Возвысимся же вместе с ним, и будем награждены за преданность и старания! Каждому — по заслугам, от каждого — по способности! И сама смерть побоится нас и нашей решимости! — лицо парня приняло выражение среднее между священным трепетом и блаженным экстазом, а голос взлетел фальцетом к вершинам деревьев. — И эти слова скрепят обет наш во имя Темного Лорда, братья!!! Во славу ЕГО!!! Итадакимас!!! Фхтагн!!!

Бандиты, запинаясь в непонятных словах, кое-как домучили озвученную речь, испуганно косясь на свою неудавшуюся жертву.

— Поздравляю, теперь вы братстве, — снова спокойным тоном сообщил блондин, надевая обратно свою амигаса и подтягивая завязки. — Наш знак — свиное копыто. Пароль на вход в заведения для своих в этом месяце — «я те в морду дам!». Собрание профсоюза, как и всегда, четвертого числа в подвале бара у Мо.

— Так мы пойдем? — боязливо уточнил Тоси.

— Конечно! — улыбнулся парень.

Однако стоило бандитам сделать буквально всего пару шагов, как сзади громко раздался раздосадованный голос.

— Стоп, братва! А деньги?

— Какие деньги? — икнул главарь.

— Как какие? — округлил глаза поверенный Гнутого. — Членские взносы!

Угрюмо глядя вслед вышагивающему типу в зеленом кимоно, в одном из рукавов которого, кстати, позвякивала вся выручка грабителей за последнюю неделю, Тоси лишь недовольно теребил нижнюю губу. И все же, связываться с этим пареньком явно не стоило, равно как и с его покровителями. Еще неизвестно, что это за Темный Лорд такой. Хотя с другой стороны, они вроде как теперь тоже у него в подчинении.

— И чё делать будем? — спросил Сато, пребывавший в не менее подавленном настроении.

— Чё-чё, — передразнил Тоси, взвешивая в руке кирпич, все-таки всученный ему под конец беседы. — Пошли. Может, продадим кому-нибудь… вот это.

Увиденные мною районы Руконгая производили впечатление довольно… угнетающее. И это ведь, если верить канону, самые спокойные, тихие и благополучные кварталы. Да уж, дела. Что-то хреновый какой-то рай в этом мире. Грустно мне от него становится, а это ничем хорошо не кончится. Может, революцию какую замутить? Не, пока не время. А вот оставить такую фигню, как она есть, я не собираюсь. Не для того большинство этих людей прожили порядочную жизнь, чтобы теперь вот так… существовать. Но ничего, мы еще поборемся с классовым расслоением. Чуть попозже.

Дойдя до широкого канала, ограждавшего Сейретей от поселений «отребья и черни», я двинулся по прилегающим улицам, поглядывая в поисках переправы. Можно, конечно, и напролом сунуться, но у меня на сегодня было запланировано амплуа разведчика, а не тренировочного манекена для рядовых бойцов Готея-13.

Обнаружив искомое, я предварительно завернул в небольшую лавчонку, торчавшую на углу. Пока седой дедок-продавец, он же хозяин скромного заведения, наполнял и паковал выбранную деревянную коробку, я снял с него немного последних новостей и слухов. Удивительно, но осведомленность местного простонародья о том, что творилось в запретном городе, была достаточно глубокой и всеобъемлющей. Естественно, самым обсуждаемым событием здесь по-прежнему оставался побег Айзена и компании. Мелких подробностей торговец не знал, но зато всякое другое, вплоть до имени командира отряда риока, вторгнувшихся в Сообщество Душ накануне, выложил подчистую. Стоило лишь оставить на стойке еще пять монет сверх положенного, и меня не только признали почетным клиентом, но пообещали и в дальнейшем ждать в любое удобное мне время.

Нагрузившись покупками, я выдвинулся в сторону переправы.

— А я еще раз тебе повторяю, малыш. Я не могу пропустить тебя на ту сторону.

Великан Джиданбо тяжело вздохнул, рассматривая назойливого гостя, который все никак не хотел понять самых элементарных вещей.

— Вообще-то, Джиданбо-сама, с вашей стороны это довольно неучтиво!

Осуждающий перст взметнулся в небо, из-за чего зеленый рукав кимоно сполз вниз, демонстрируя бледную кожу путника.

— Что именно? — удивился стражник.

— Вы уже в третий раз называете меня «малышом». Я понимаю, что для вас, может быть, все, кто ниже двух метров, мелочь пузатая. Но лично меня такое отношение оскорбляет. Я невелик ростом и долгие годы пытался побороть такие комплексы, какие не снились даже Майлзу Форкосигану!

— Фолкос… Кому?

— Да, неважно! Проблема в том, что бередя мои старые раны, вы, пусть и не желая того, унижаете достоинство собеседника! В конце концов, Джиданбо-сама, я же не называю вас верзилой, сторожем или жирдяем!