Что касается сестры, та свою свадьбу, естественно, отменять не собиралась, там приготовления шли полным ходом, как писала Ленчик. Хорошо хоть подарок успел сделать молодоженам в виде взноса на кооперативную квартиру. Недвижимость - она всегда недвижимость, при любой власти. Если, конечно, это не революция, когда тебя могут в чем мать родила вышвырнуть на улицу, заселиться в твои хоромы и сказать, что так и было. Но что-то мне подсказывало - в ближайшем будущем военных переворотов на территории СССР можно не опасаться.

Тут, впрочем, нужно напомнить и о ситуации с поддельной аудиозаписью этого засранца Хэмфри. С копии настоящего интервью с моим участием, прежде чем отнести ее куратору в консульство, я на всякий случай сделал еще одну копию. Мало ли... А то вдруг потеряется бобина, разгильдяйство еще никто не отменял. А запись, кстати, была довольно качественной, хотя этот журнашлюх работал вроде бы без выносного микрофона. Либо тот был настолько маленьким, что я его просто не заметил.

Федулов выслушал мой рассказ, и с самым серьезным видом принял катушку с магнитной лентой под личную ответственность, заявив, что в Союзе специалисты разберутся, что с этим делать. Я попросил не затягивать, потому как липовое интервью по радио может прозвучать в любой день, хорошо бы мы могли что-то этому противопоставить в ближайшее время, имея на руках оригинальную запись.

А 'бомба' рванула очень даже серьезно! Интервью прозвучало в первых числах сентября. Я сам его не слышал, просто на следующий день меня вызвали в офис 'Челси', куда я дохромал с помощью трости. Президент 'синих' Джо Мирс попросил меня объясниться, с какой стати я накинулся на несчастного журналиста и вообще Англию в целом? Словно предчувствуя, о чем будет идти речь, я захватил копию интервью, которое предложил боссам прослушать на досуге, а после этого уже и вызывать меня на ковер. На следующий день мне позвонил президент клуба, который первым делом поинтересовался, откуда у меня настоящая запись.

– Видите ли, мистер Мирс, мир не без добрых людей, - скромно ответил я.
– Один из них сумел снять копию с оригинала и вручил ее мне, являясь большим поклонником творчества моей группы 'S&H' и человеком, не терпящим лжи во всех ее проявлениях.

– Ваше счастье, мистер Мэлтсэфф, что такой человек оказался у вас на пути, - не особо веселым голосом ответил собеседник.
– Вы не представляете, какая шумиха поднялась после этого радиоэфира. Нам уже звонят в клубный офис какие-то люди, требуют с вами разобраться, наложить крупный штраф или вовсе уволить. Того и гляди начнут устраивать пикеты с требованием отставки всего клубного руководства.

– Я надеюсь, что после того, как у вас в руках появилась копия оригинала, вы сможете ею грамотно распорядиться?

– Мы уже приступили к работе, сейчас запись находится на экспертизе. После чего - в случае положительного решения - мы выдвинем иск против этого журналиста и радиостанции. Подлога мы не потерпим. Но и с вашей стороны было не очень разумно бросаться такими словами, поэтому, чтобы хоть немного успокоить особо рьяных поборников вашего наказания, вычтем у вас из будущей зарплаты пятьсот фунтов в качестве штрафа. Впрочем, если вы будете играть так же, как и в прошлом сезоне, то быстро компенсируете эту сумму своими премиальными. Желаю вам скорее поправиться и выйти на поле.

А потом мне позвонил Федулов. По его словам, в Союзе чуть ли не на следующий день после выхода в эфир скандального интервью на радио 'Маяк' прозвучала настоящая аудиозапись. Само собой, с подводкой ведущего, разоблачавшего гнилую мораль западной журналистки. А учитывая, что 'Маяк' ловили и европейские радиолюбители, включая английских, то наверняка содержание передачи разлетелось в мгновение ока.

К тому же послу Великобритании в СССР была вручена нота протеста с требованием наказать виновных в аудиоподделке, а также радиостанцию, запустившую в эфир это безобразие.

Ну а тут в дело ступили адвокаты мистера Мирса. Грамотные ребята попались, чего уж греха таить, хотя ключевую роль сыграла копия оригинальной записи. Притащили ее в суд с заключениями экспертов, предложив вершителям судеб выслушать правдивую версию. Тем деваться было некуда, в свою очередь, они потребовали от радиостанции их аудиозапись, которую тоже передали на изучение экспертам. Те доказали, что запись, вышедшая в эфир, была склеена из нескольких кусков. Сам же Джонатан Хэмфри в суд не явился, вроде как улетел отдыхать на Мальту с женой и детьми. Не знаю уж, уволили его после этого из издания или нет, но главный удар приняла на себя радиостанция 'British Broadcasting Company', которой пришлось выплатить мне в качестве компенсации за моральный ущерб пятнадцать тысяч фунтов стерлингов, а заодно покрыть судебные издержки. Это не считая опровержения в эфире радио.

Вот так неожиданно благодаря загадочному доброжелателю я стал богаче сразу на пятнадцать тысяч! Кто бы мог ожидать подобной развязки! Да еще Федулов передал мне благодарность лично от Шелепина за то, что поставил зарвавшуюся 'акулу пера' на место. И добивил, что этот самый Хэмфри теперь является в СССР персоной нон-грата. Ну надо же, как прекрасно разрулилось! А то ведь могли быть проблемы, да еще какие. Нет, надо этого 'Джека' с радиостанции как-нибудь отблагодарить, спас мою задницу из такой задницы... Блин, кажется, я уже начинаю повторяться. Вот только никаких своих координат он мне не оставил. А начну его искать - могу подставить, и без того наверняка эти прохиндеи шустрят свой персонал в поисках 'крота', слившего копию оригинальной записи. Ничего, если судьбе будет угодно - то мы еще свидимся.