– Живой - живой - поспешил заверить подругу Фей, доставший пачку сигарет, вытягивая из них одну длинными пальцами - что с ним будет?

– Но он прыгнул! Мы все видели! И где тогда сам Илья?!

– Не шуми - поморщился парень, прикуривая от зажигалки Андрея, усевшегося прямо на крышу, подобрав под себя ноги - там внизу балкон есть. Илюха просто грамотно всё рассчитал, скотина такая и, спрыгнув, точно попал на этот балкон.

– Зачем ему вообще понадобилось прыгать?!
– не унималась Варя, вырывая из рук опешившего Фея пачку и доставая сигарету.

Надо же, а я думала, что она завязала....

– Когда этот шут поднимется, у него и спросишь - миролюбиво предложил Андрей, протягивая девушке зажигалку - у нас можешь не спрашивать, что твориться в этой растрепанной голове.

– На себя посмотри - раздался у меня за спиной знакомый до последней интонации голос.

Я медленно обернулась и посмотрела в нахальные голубые глаза, которые горели азартом и удовлетворением от проделанной работы.

– Ну что, Фея, убедился?

– Ещё раз так назовешь, я тебя....

Ситуацию, которая для меня всё ещё напоминала сюрреалистическую картину ещё больше усугубил Саша, который молча подошел к близнецу и, всё так же молча, хорошенько размахнувшись ударил того в скулу. Илья покачнулся, но на ногах устоял внимательно, при этом не мигая смотря на брата, словно решая: ответить, или признать, что заслужил?

– Ещё одна подобная выходка и я за себя не в ответе - на удивление спокойно предупредил Саша, правильно поняв взгляд Ильи - лучше я сам тебя убью, чем буду смотреть на последствия твоей непроходимой тупости.

Илья на мгновение нахмурился, но тут же, словно одернув себя, коротко, рвано кивнул. Я едва слышно хихикнула и прикусила кулак, чтобы не расхохотаться в голос. Какой прекрасный сегодня вечер, однако! Неудавшийся, или удавшийся, тут с какой стороны посмотреть, прыжок, разборки... Как сказал бы кот Бегемот - я в восхищении!

Всё. Это конец. У меня начинается истерика.

– Ладно, давайте уже будет собираться - проговорил Андрей, явно стараясь разрядить обстановку, прерывая тем самым установившуюся вязкую тишину, и давая невербальный сигнал всем остальным.

Как забавно!

Я хихикнула уже громче, теперь уже прикусывая щеку изнутри. Интересно, что ещё сегодня произойдет? И все ли прогулки Преображенского заканчиваются так... Феерично?

– Да, правда, ребят. Уже пора спускаться, что - то холодает - потерла предплечья Варя, выбрасывая окурок.

– Простите ребят - раздался голос Ильи, который до сих пор играл с братом в гляделки - не хотел портить вечер.

– Да ладно, мы всё равно уже насмотрелись на ночной город - легкомысленно отозвалась Варя - не правда ли?

– Ага - сквозь зубы произнес Саша, который словно старался убить безмозглого младшего брата взглядом - аж до тошноты.

И тут я не выдержала. Внутри словно упала стена, а сдерживаемая из последних сил истерика снесла все барьеры, заставив согнуться пополам и расхохотаться. Громко, от души, не обращая внимания на то, что щекам стало холодно из-за слез.

– Лиля?
– Варя быстро оказалась рядом и попыталась меня встряхнуть, но успеха в это не достигла - ты чего, подруга? А ну живо прекращай! Ещё чего не хватало! Лиля!

Но так просто меня было не заткнуть. Я уже просто не могла остановиться, захлебываясь смехом и слезами, едва находя возможность сделать короткий вздох. Я просто задыхалась от всех эмоций, которые бушевали внутри, переворачивая душу и выворачивая её наизнанку.

Он же мог умереть! Он же мог...

Щеку обожгла боль, заставив голову мотнуться от удара. Смех прекратился, а вот слез мгновенно стало больше, и я просто разрыдалась, вцепившись в чью - то куртку у себя под руками, совершенно не обращая внимания ни на что вокруг, упиваясь минутной слабостью.

Может, мысль Саши собственноручно прибить паразита, не такая уж и плохая? Лично мне она с каждой минутой начинает нравиться всё больше и больше!

– Тише, успокойся. Кто бы сказал, что я смогу тебя до слез довести - никогда бы не поверил! Кто же знал, что для этого надо просто с крыши спрыгнуть?

Мягкие, осторожные поглаживания по спине и тихий, успокаивающий голос, медленно проникали в сознание, помогая найти в вихре чувств, что - то твердое, на что можно опереться. Истерика медленно, но верно уходила, оставляя после себя пустоту, судорожное дыхание и всхлипы, сотрясающее тело. Глубоко дыша и повторяя про себя "вдох" и "выдох", я начала постепенно осознавать реальность. Здравый смысл, самосохранение и самообладание вернулись из внепланового отпуска и принесли с собой как бонус стыд и злость. Стыд за то, что разрыдалась на глазах у парней, двоих из которых я знаю с самого детства, и двоих, кому никогда и ни за что не показал бы свою слабость. Если бы рядом со мной была только Варя, я бы не переживала, всё-таки Котова - моя лучшая подруга и ей, как и Ане я могу довериться полностью. А вот злость была направлена только на одного конкретного человека.