—Погубил я тебя, браток! И добить тебя нечем. И уходить мне надо. Извини.

Сначала он пытался скакать на одной ноге. Затем нашел палку, ковылял. Потом полз, полз, полз.

Лес редел и спускался куда-то. Спиридонов выполз к реке. На берегу полежал ,отдыхая. Погодя снял хорошие свои штаны,

разорвал подштанники, перевязался. Опять устал. Отдышавшись, потрогал воду рукой.

— Холодная, зараза, — сказал он, бодря себя, вошел в воду и лег на нее. Течение взяло его и медленно понесло в ночи мимо лесов, полей и лугов России.

* *

По лесной тропинке шла и плакала милая барышня. Коротковолосая, в длинной юбке и кофточке с высоким воротником, в высоких же шнурованных ботиках не для глухого леса была барышня. А стояло утро.

— Барышня! позвали из кустов.

— Ой! сказала барышня.

Держась за неверные ветви кустарника и прыгая на одной ноге, на тропе появился Спиридонов.

— Ты куда? — строго по-деловому поинтересовался он.

— В Бызино.

— А откуда?

— Из Ольховки. А, собственно, почему я должна отчитываться перед вами? — опомнилась, наконец, барышня.

— Учительница, — догадался Спиридонов. — Звать тебя как буду?

На одной ноге, усталый и замордованный человек, от которого всегда можно убежать, стоял перед ней и командовал.

— Зачем вам это?

Он сменил руки — левой ухватился за кусты, а правую протянул ей:

— Яша.

Она задумчиво посмотрела на его руку, а затем деликатно пожала.

— Анна Ефимовна.

— Учительница! — обрадованно вспомнил он и спросил серьезно: — Ты за белых или за красных?

— Я учительница, — объяснительно напомнила она.

— Ну, а белые поблизости есть?

— У нас в Ольховке нет, а про Бызино не скажу — не знаю.

— Если поймают меня белые, застрелят к чертовой бабушке. Спрячь меня, Аня, а?

Ничего-то он не скрывал, стоял прямо, спокойно смотрел в глаза, просил по-человечески.

—Пойдемте, — сказала Анна и, повернув, пошла по тропинке в обратную сторону. Он запрыгал рядом на одной ноге.

—Обопритесь о мое плечо, - предложила она, и они пошли трудно и медленно.

— В Бызино-то что тебе надо было?

— К их учителю Ивану Максимовичу посоветоваться шла.

— А я помочь не могу?

Она обернулась (он шел чуть сзади), посмотрела на него иронически (что-то ты понимаешь!), но все-таки не выдержала и заговорила про беду свою.

—Понимаете, прошли с ребятами весь алфавит, все буквы они уже знают и подряд, и в разбивку, а в слова складывать ну никак не могут. Бьюсь, бьюсь, и ничего — ничегошеньки не получается.

—А буквы все до одной знают?

— Что я вам врать буду?

—Раз все буквы знают, значит и слова сложат. Было бы из чего складывать.

— Вам бы все шутить.

— Конечно, мне сейчас только и шутить.

Помолчали утомленные разговором. Шли. Он смотрел на ее затылок в кудрявых и коротких светлых волосах.

—А ты случаем, не эсерка, Анна?

Она опять обернулась и поймала его взгляд.

—Тиф у меня недавно был.

—Ясно. Постоим немного, — предложил он. Они постояли немного. Спиридоновская рука абсолютно машинально сползла на ее талию.

—Эго еще что такое? — в гневе спросила Анна.

—От слабости это, Аня, — миролюбиво объяснил Спиридонов.

—Пошли, — приказала она.

Когда сквозь разреженный лес увиделись деревенские зады, он полюбопытствовал осторожно.

— Спрячешь ты меня куда?

—У хозяйки моей баня есть. Мы ее сейчас не топим, в печке моемся. Так вы в баньке пока поживете.

—Везет мне на баньки! — сказал Спиридонов.

* * *

После снарядами рваных лесов и полей, после деревенской тьмы и глуши в городе, ах. Как приятно. И стучали подковы по булыжнику, и шумно было вокруг, и шли чистые дамочки тротуа-

рами. Георгий Евгеньевич и фельдфебель верхами ехали, главной улицей завоеванного города.

— Не стоит, Георгий Евгеньевич, ей Богу, не стоит, — говорил фельдфебель и непроизвольно, трогал под козырьком фуражки плотную повязку. Много у него сейчас было лица.

— Я не скажу, так ты донесешь — какая разница?-- философски заметил офицер.

— Не донесу. Нечего доносить! Лежал мертвяк, и если бы не открыл глаза, так в мертвяках и числился бы. А не открывал.

— Все, Сергеич. Ответь мне лучше на число философский вопрос: почему наша контрразведка и ихняя всегда в городе в одном и том же здании поочередно размещаются?