Хакет задумался, я прямо видел, как он напряжённо прокручивает в мозгу логические доказательства за и против моей теории.

– Сэр, - я нарушил установившуюся тишину.
– Если мои заключения верны, то геты будут нападать на все планеты где обнаружены и изучаются технологии протеан. И, думаю, что эти нападения - это преддверие войны с гетами, только это объясняет начало ведения ими активных действий, пока у них есть такое преимущество как этот линкор. Возможно в настоящее время они строят и другие.

Я замолчал, натолкнувшись на жёсткий взгляд адмирала.

– Не ты один, коммандер, такого мнения, не ты один. Ладно, - подойдя адмирал хлопнул по крышке криокамеры, оставив в инее след ладони.
– Я тебя услышал. Ваша задача сейчас, переправить все доказательства на Цитадель. Особенно всё, что связано с участием в атаке СПЕКТРа Совета Сарена. Тот ещё ублюдок, я тебе скажу. Бешено ненавидит людей, ну да Андерсон тебе подробнее расскажет, он с этим сукиным сыном лично встречался. Сможем доказать его причастность, возможно удастся, всё-таки протолкнуть тебя в СПЕКТРы, коммандер. Не зазнаешься?

Я вытянулся:

– Никак нет, сэр. Я был, есть и буду офицер Альянса, - тут аж самого от собственного пафоса покоробило.

Хакет заметил, чуть усмехнулся:

– Верю, коммандер. Ну да будь ты не благонадёжен, наша контрразведка тебя к СПЕКТРству и на пушечный выстрел не подпустила бы. Так что скажи спасибо полковнику Василькову.

Нашего начальника отдела контрразведки флота Василькова Александра Михайловича, я знал. Вообще, какая-то интересная тенденция складывалась, мои соотечественники всё больше в разведке да в контрразведке мелькали. С другой стороны, у нас исторический опыт огого какой. Основы контрразведывательной деятельности, циркуляры и инструкции, тщательнейшим образом регламентирующие оперативную работу, были заложены ещё царской охранкой, причём некоторые их разработки и нормативные акты дожили до настоящего времени практически без изменений. Потом советская разведка, по линии Коминтерна и внешняя разведка ОГПУ. Какая волна поднялась на Западе, когда всплыли материалы о Кембриджской пятёрке, самый известный пример вербовки перспективной агентуры: были завербованы в 30-е годы 20-го века советским разведчиком Арнольдом Дейчем, но пика своих разведывательных возможностей достигли после Великой Отечественной войны, когда каждый из пяти занял высокие посты в разведке и контрразведке Великобритании. Доходило до смешного, Ким Филби, советский агент, был начальником "русского" отдела британской контрразведки, то есть по сути, ловил сам себя. Затем 1962 год, когда под контрразведывательную деятельность КГБ был подведён системный подход, разработана перспективная система организационных мероприятий, упорядочившая систему и выведшая её на существенно новый уровень. Похоже, наши сумели сохранить саму школу подготовки сотрудников, не поддавшись всеобщей волне интеграции.

Интерлюдия 2

Красный гигант, плюющийся протуберанцами, казалось, находился на расстоянии вытянутой руки. Прикрытый мощными светофильтрами, он смотрелся почти бордовым, бросая багряные отсветы на находившихся здесь мужчин. Удобно устроившийся в кресле Призрак, срезав кончик сигары, прикурил, с удовольствием вдыхая сладковатый дым. Это была его вотчина, его крепость, в которой он себя чувствовал вполне вольготно. Второй усмехнулся:

– Мне иногда кажется, что ты отсюда никогда не выходишь. Когда бы я здесь не появился, ты сидишь в своём кресле и дымишь сигарой.

Призрак, положив руку с зажатой между пальцами сигарой на подлокотник, глубокомысленно ответил:

– Друг мой, ничто так не успокаивает и не очищает разум как это зрелище. Но это же не единственное что ты хотел спросить?

– Нет, не единственное, - мужчина прошёл вперёд, подходя почти вплотную к экрану, некоторое время смотрел, сложив руки на груди, на шар термоядерного огня.

– Иден Прайм.

Призрак склонил голову набок, с нового ракурса разглядывая посланца.

– Что, Иден Прайм?

– Не прикидывайся, - мужчина резко развернулся.
– Тебе прекрасно известно о нападении на Иден Прайм. Совет обеспокоен. Пятый флот в двухчасовой готовности, шерстит все прилегающие системы. Хакет хоть и перестраховщик, но не дурак. Неизвестный линкор походя разносит всю нашу оборону и уничтожает маяк протеан, а глава "Цербера", спокойно сидит и любуется картинками.

Посланник нервно прошёлся, бросая на молчащего Призрака гневные взоры.

– Послушай, - он продолжил, - в "Цербер" было вбухано столько средств, столько усилий по прикрытию. Да одну только дезу, о том, что "Цербер" абсолютно самостоятельная террористическая организация не подчиняющаяся Альянсу разрабатывали полгода. Тебе напомнить для чего?

Мужчина всматривался в безмятежное лицо Призрака:

– Мы создали "Цербер" для того, чтобы разрабатывать любые способы защиты Земли и человеческой расы. Любые, даже стоящие за гранью добра и зла. Потому что в вопросах выживания расы не может быть этики, благородства и запрещённых приёмов. И Совет требует действий. Мы закрываем глаза на многое. Замяли даже дело с пропавшей разведгруппой первого флота.

Призрак, глубоко затянувшись, выпустил струю дыма, оценивающе посмотрел на разгневанного посланника Совета Альянса.

– Ты про разведгруппу контр-адмирала Кахоку? Вам надо было вовремя завернуть его с расследованием. Страшного ничего не случилось, ему всего лишь стали известны сведения первого уровня, но его разведгруппу пришлось срочно убирать. Или Совету хотелось, чтобы кто-нибудь добрался до информации второго уровня?

Мужчина отвернувшись, через силу выдавил:

– Нет. Поэтому дело и замяли.

– Плохо замяли. Кахоку сейчас на Цитадели и просит помощи у Совета. Ты понимаешь, что будет, если Совету хоть краешком удастся заглянуть за второй уровень? И выяснить, что за "Цербер" стоит Совет Альянса?