— Гляди!

И правда, на углу Кирова и Промышленной стоял ЗИМ «скорой помощи». Шофер как раз помогал санитару вытащить носилки, затем они скрылись в подворотне.

— ЗИМ! — взволнованно прошептал Извозчик. — Зимочка! Сам просится!.. Ну, гони вперед по Псковскому шоссе. На тринадцатом километре обгоню.

— Прямо так, с грузом? — заколебался я.

— Доставишь потом. Скажешь, что по пути, — он осклабился, — по пути, мол, пришлось менять шины. Такой случай упускать нельзя! Подумать только: жмешь на всю железку, а милиция еще и дорогу расчищает…

Я не стал спорить и притормозил. Извозчик вылез и скрылся во дворе. Я едва успел развернуться, как он вышел из парадных дверей и направился к ЗИМу…

Остальное случилось так, как показал ваш следственный эксперимент, который эта гражданка уже описала в своей тетрадке. Хочу пояснить только, почему мы зажгли машину.

Я свалил часть гравия на обочине. Погрузили шины, замаскировали, собираемся назад. Но, уже залезая в кабину, Извозчик заметил, что, возясь с тросом, порвал перчатки, так что два пальца вылезли наружу.

— Только этого мне не хватало, — сердито проворчал он, — оставить свою визитную карточку.

— Ты чего? — не понял я.

— На машине наверняка остались отпечатки пальцев. Придется устроить аутодафе.

— Какое авто? — Я не сразу сообразил, что у него на уме. — А! Жаль машину.

— Себя жалей, а не барахло. Тебя разве не учили в школе, что в нашей стране самое ценное — человек? — ухмыльнулся Извозчик.

Деваться было некуда — мы облили ЗИМ бензином и поднесли огонь. Когда пламя охватило машину, внезапно загудел сигнал. Наверное, от жара замкнулись контакты. Машина выла, словно раненый зверь. Кровь стыла от этого замогильного голоса. Мы вскочили в мой самосвал и пустились наутек, словно за нами гнались черти…»

— Настоящее имя Извозчика? — деловито спросил майор, когда Кактынь умолк.

— Не знаю, честное слово, не знаю, — пробормотал Кактынь. — Как-то неудобно было спрашивать. Да и своей доли я еще не получил. Он обещал принести деньги вечером.

— В тот же буфет?

Кактынь кивнул.

Майор и Густа переглянулись. Если только у этого Извозчика есть знакомства среди шоферов, он еще днем услышит об аресте Кактыня. А тогда ищи ветра в поле: с деньгами в кармане можно быстро скрыться.

Снова все зависело от часов, может быть даже от минут. Напряженно перебирая в уме варианты, Низуль вдруг вспомнил рассказ дежурного капитана. «А что, если это был не бред? Что, если есть какая-то связь между сбивчивым рассказом пьяного о смерти его жены — и кражей машины «скорой помощи»? Его ведь тоже звали Артуром — как и человека из буфета… Ну-ка, наведем справки — где живет этот бедолага?»

Через четверть часа майор Низуль и Густа звонили в дверь Артура Бритыня.

Квартира Бритыня была обставлена с мещанской роскошью: полированная ореховая мебель, кружевные салфеточки, хрустальные вазы, шелковые подушечки на диване. Везде царила безукоризненная чистота. Не гармонировал с обстановкой лишь сам хозяин — с ввалившимися от бессонницы глазами, небритыми щеками и полуразвязанным галстуком, он, казалось, случайно забрел в этот мир порядка.

Появлению работников милиции Бритынь ничуть не удивился.

— Я и сам бы снова пришел, — тяжело проронил он, и чувствовалось, что это на пустые слова. — Пускай что угодно — не могу сидеть здесь наедине с мыслями… Эх, Зайга, не вовремя ты заболела…

Он умолк. Майор предупреждающе покосился на Густу: пока откликаться на эти слова еще не следовало. Но Бритынь и не ждал ответа.

— Когда приехала «скорая», жена уже говорить не могла — так болело. Шофер с санитаром старались нести поосторожнее, но лестница, сами знаете… А Зайга при каждом толчке только стонала и все крепче сжимала мою руку.

«Хорошо, что сразу позвонили, — утешала меня докторша. — В таких случаях решают минуты. Хирург уже извещен и ждет в операционной». — «Слышала, Зайчик? — пытался я подбодрить жену. — Все будет хорошо. Не успеешь моргнуть — тебя уже доставят в больницу…»

Мы вышли из ворот, а ЗИМ в этот миг сворачивал за угол! — Бритынь стиснул голову ладонями. — В то время я еще ничего не понял. Пока бежал наверх, пока вызывал другую машину, да и потом, в больнице, не до того было. Попозже мне сказали, чтобы не путался под ногами, и я пошел домой. А так примерно через час явился Извозчик.

«Заказ выполнен! — самодовольно сказал он. — Поехали к твоему клиенту». — «В самосвале, что ли?» — спросил я, чтобы что-то сказать: мне было не до того. «Самосвал в гараже, спит сном праведника, — и Извозчик весело засмеялся. — А шины уже лежат в обычном месте. Все вышло гладко, как в кандидатской диссертации. Ты только послушай: катаемся мы, значит, по городу, и вдруг…»