— Склероз! — воскликнул майор и сердито хлопнул себя по лбу. — Забыть такую деталь!

Он торопливо выбрался из машины. У обочины стояли два больших молочных бидона, подле них деревенская тетушка ожидала попутной машины в Ригу. Сунув ей деньги, майор возвратился с бидоном в руках. На его лице, обычно невыразительном, было озорное выражение.

— Чуть было не допустил грубой ошибки. Забыл, без чего нельзя сварить уху.

— Уху? — удивилась Густа.

— Нужна жидкость. О рыбе нам заботиться не надо, она сама прыгнет в котел.

У ворот карьера их уже ожидал начальник смены.

— Наконец-то, — облегченно вздохнул он. — Преступников ловить, конечно, тоже важно, но только у меня план. Сколько, по-вашему, могу я держать экскаватор в простое?

— Машина с вулканизированной покрышкой прибыла?

— Да. Могу показать вам, который Кактынь.

— Спасибо, я уж как-нибудь сам найду.

Низуль приблизился к веренице грузовиков, выстроившихся перед неподвижным экскаватором.

— Мне нужны свидетели для проведения осмотра. Вот хотя бы вы, — кивнул он ближайшему шоферу, затем внимательно огляделся. — И вы, — обратился он к рослому водителю машины, стоявшей третьей в очереди. — Как вас зовут?

— Петер Кактынь, — неохотно ответил парень.

— Очень приятно. Ну, поехали.

— Товарищ начальник, да я сегодня еще ничего не заработал, — попытался возразить шофер.

— Ничего, ваше от вас не уйдет, — двусмысленно ответил майор, забираясь в кабину. — Покажу дорогу…

Заметив приближающиеся машины, сержант вылез из придорожных кустов и, недолго думая, вылил на дорогу все содержимое молочного бидона.

— Остановите! — приказал майор Кактыню и высунулся из окошка. — Нет, еще чуть вперед. Так, хорошо.

Все вылезли и направились к машине «скорой помощи», которая все еще лежала на старом месте и при дневном свете выглядела еще более жалкой. Густа нечаянно оглянулась и вдруг поняла, что именно крылось за сложными маневрами майора: рядом со вчерашним, уже затвердевшим следом на увлажненной молоком земле появился новый, как две капли воды похожий отпечаток, с той же характерной лысиной протектора и овальной заплатой. И оставлен он был машиной Кактыня.

— Попытаемся восстановить обстоятельства происшествия, — говорил тем временам майор. — Один преступник приехал на угнанном ЗИМе, другой — на самосвале и остановил его здесь… — Он вытянул руку и искусно изобразил величайшее изумление: — Это еще что? Может быть, Кактынь, вы скажете — какой из этих следов принадлежит машине преступника, а какой — вашей?

Нервы Кактыня не выдержали. Резко повернувшись, он бросился мимо майора и Густы в чащу леса. И снова стало ясно, насколько тщательно майор Низуль разработал план операции. Из кустарника выскочил сержант и подставил бегущему ножку. Подоспели и остальные.

Когда Кактынь поднялся, бежать оказалось некуда.

…Первый допрос состоялся в кабинете майора.

— Когда угоняли, стыдно не было, а теперь совесть даже говорить не позволяет, да? — поинтересовался майор сухо. — Рассказывайте! Только не пытайтесь выгораживать своих соучастников: ни один преступник этого не стоит, поверьте моему опыту.

Густа взглянула на Кактыня. Он выглядел сломленным и вовсе не напоминал профессионального преступника — скорее подростка, по легкомыслию сбившегося с пути.

«Вчера мне здорово везло. Меня нарядили возить гравий из Гаркалне в Ригу, экскаваторы работали без помех, и к четырем я сделал уже полторы нормы. Это сулило хороший заработок, так что я согласился поработать еще часок-другой сверхурочно. Подсчитал, что за один этот день получу не меньше десятки.

Только много ли с этого толку, если до получки еще целая неделя, а свидание с Марите назначено на субботу? Мы были знакомы всего две недели, с того самого вечера в буфете, но настолько я ее уже знал, чтобы понять: придешь без подарка — даже в щечку поцеловать не позволит. Оставалось лишь надеяться, что встречу Извозчика в забегаловке, куда он заходит каждый вечер. Перехвачу денег, а то и вместе сходим на заработок.

Я боялся упустить его, так что подрулил туда прямо с грузом.

— Не знаю, что нынче с Артуром сделалось, — ворчал Извозчик. — Обещал прийти, да вот ужа больше часа жду зря.

— Может, увязался за девчонками? — предположил я.

Извозчик презрительно покосился на меня:

— Не все бегают за девчонками. Если у Артура в этой юдоли слез есть что-то святое, то это его жена. Только не распускай язык: этого он тебе не простит.

— Ну, дело его. — Я торопился поскорее все выяснить и доставить гравий на место. — Позвони-ка ему.

Вскоре Извозчик вернулся.

— Есть заказ на шины для ЗИМа. Заплатят прилично, но обязательно сегодня вечером: завтра клиент уезжает. Сам Артур на пойдет, у него с женой что-то стряслось: болит не то желудок, не то слепая кишка — кто там разберет. Ладно, поехали.

Мы медленно колесили по центральным улицам. Извозчик поглядывал по сторонам. Как обычно в дождливую погоду, прохожих было немного. Кое-где стояли машины, но, как назло, ни одного ЗИМа. И вдруг Извозчик схватил меня за локоть: